PIRATES OF THE CARIBBEAN: русские файлы

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » PIRATES OF THE CARIBBEAN: русские файлы » Законченные макси- и миди-фики » История одного кальмара


История одного кальмара

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

ИСТОРИЯ ОДНОГО КАЛЬМАРА

Глава 1

Бедный морской зверёк

Море волнуется раз, море волнуется два, море волнуется три...А я ещё не обедал и с нетерпением ждал, когда на горизонте появится хоть что-нибудь съедобное. О, кажется, виднеется какой-то корабль. Ммм..на вид аппетитный. Я решил подплыть к нему незаметно. Настолько незаметно, на сколько это может гигантский кальмар с огромными щупальцами. Ну почему я такой гигантский? Почему я не родился мааааленьким и компактным кальмаром. А это всё  Дэйви  виноват, скармливал мне всё, что ни попадя, да приговаривал: « Расти большой, расти большой. Кушай кашку кашалот, кто не ест, тот не растёт». Ну вырос…и что? Сижу теперь такой весь большой на дне морском и совершенно не представляю, чем мне себя прокормить.
Я подплыл  поближе и вынырнул из воды, чтобы вежливо проурчать людям на корабле о том, что я глубоко сожалею и ужасно извиняюсь за предоставленные неудобства и сказать, что они очень милые. Но в меня почему-то начали стрелять. Я попытался объяснить матросам, что я вынужден их съесть по воле жестокой судьбы.
Вообще я люблю людей. Один человек с корабля Дэйви  как-то рассказал мне о том, что люди – это разумные и душевные создания  (в большинстве своём), и что их не надо есть и что с ними надо дружить. С тех пор я придерживаюсь мнения, что люди не только вкусные, но и весьма забавные.  Только моё мнение абсолютно не интересует Дэйви. Когда я спрашиваю его, почему я должен есть людей, он всё время отвечает: « Во-первых: они никакие не  разумные и не забавные, во-вторых: в качестве еды для тебя они очень полезные, а в-третьих: ешь, и не задавай глупых вопросов, а то высушу тебя и пойдёшь под пиво!»
Какой же я несчастный. Никто меня не любит. Никому я не нужен. Слушайте все:
- ОДИНОКИЙ КАЛЬМАР ХОЧЕТ ИМЕТЬ ДРУЗЕЙ!- проурчал я и отправился на их поиски.

Глава 2

Друзья познаются в еде.

О, ещё один корабль. Мммм…Так, не думать о еде! Я ищу друзей! Красивый корабль, чёрный…ммм. Нет, не думать о еде! А может они захотят со мной поиграть? Вдруг мы подружимся. Я решил прикинуться рифом, а потом вынырнуть и скорчить рожу, чтобы смешнее было. Ой, они толкаются, значит врезались. Эй, а почему они в меня стреляют, я же ничего плохого им не сделал, я просто помахал им щупальцами в знак приветствия, а они…Ой, там капитан с кем-то  целуется. Ух ты…Нет, это подглядывать неприлично, я лучше уйду на время под воду, чтобы не показаться навязчивым. Кто же станет дружить с некультурным и невоспитанным кальмаром?
Я посидел под водой минут пятнадцать, а потом снова вынырнул и скорчил рожу, чтобы смешнее было. Странно, а почему на корабле только один капитан остался, все остальные уплыли.  Ну и ладно, не очень-то и хотелось! Тем более, что капитан мне понравился. Очень занятный и хулиганистый дяденька. Ещё у него причёска интересная, много всяких штучек в волосах. Но почему же он остался, я проурчал ему этот вопрос, а он в ответ назвал меня пугалом. Надо же, Дэйви меня тоже так называет. Как мило! И сам он милый и, наверное, добрый, раз остался поиграть со мной…и вкусный…ммм
НЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕ!!! Не думать о еде!
Ой, а где капитан?

- Ну что, пугало, доволен теперь?
- Ой, а это откуда? Мамочки, я съел капитана, какой же я несчастный.
- Это ты-то несчастный? Хотя да, ты несчастный! Ты съел капитана Джека Воробья, смекаешь?
- А я – Кракен, значит мы познакомились?
-  Это  значит, тошнить тебя будет до страшного суда!
- Прости, я нечаянно, я больше так не буду.
- А больше, как видишь, и не надо!
- Я просто хотел, чтобы у меня был хоть один-единственный друг.
- …И в связи с этим, ты решил проглотить меня, чтобы мы никогда не расставались. Да  ты эгоист, дружище.
- Но я не специально, я просто хотел с тобой поиграть, а то ведь со мной никто не хочет играть. Я такой одинокий. Один, как перст…один…один…совсем один…
- Ну, хорошо-хорошо, давай поиграем. Ну-ка, угадай, куда я тебя сейчас пну, а?
- Ну и пинай, я уже привык. Меня все пинают, все в меня стреляют, «все гонят и клянут, мучителей толпа». Наверное, у меня никогда не будет друзей.
- Конечно никогда не будет, если ты будешь их поедать на завтрак, обед и ужин. Так и друзей-то не напасёшься.
- Но я, правда, не хотел тебя есть! Ты хороший, ты добрый…когда все от меня уплыли, ты остался, чтобы утешить и подбодрить меня.
- Я, конечно, понимаю твои чувства, но остался я во-первых, потому, что эта бл…, эта су…, ну, во-общем Элизабет Суонн приковала меня цепью к штурвалу; а во-вторых, я всё-равно не смог бы оставить свой корабль, который ты, чипушило подзаборное, потопил ко всем чертям!
- Я не топил, я взял проиграться. Очень симпатичный кораблик.
- Эй, я тебе за этот «кораблик» кишки морским узлом завяжу.
- Почему ты такой злой?
- Ха, пардон, приятель, но не каждый  день оказываюсь внутри морского чудовища. Вот и злой, с непривычки.
- Ну не злись, пожалуйста.
- Злюсь, спасибо!
- А почему эта Бл Су Элизабет Суонн приковала тебя к штурвалу?
- А видишь ли, дело в том, что !»№;% ;%:?: (*?:  №;» %:?*?% !»%;?    *?:%:%%?* (*:% «№!;%:?  №;;%:?%;  №;%:?, зараза!
- Значит, она тебя не любит?
- Ага, Бог уберёг…хотя бы от этого.
- А кого она любит?
- Ну…э…полагаю, что жениха своего.
- А как его зовут?
- В том то и проблема, что его и звать не надо, сам появляется, как червяк из яблока. А по имени – Уильям Тёрнер.
- А я его папу знаю.
- Не, на Прихлопа он не похож, Прихлоп был настоящим пиратом, а этот – ходячая добропорядочность с воинственными амбициями.
- А он тоже тебя не любит?
- За что ему меня любить?
- А кто тебя любит?
- Отвали, зверушка. Мне эта любовь, как рыбе пятая нога.
- Значит, тебя тоже никто не любит.
- Э…ну…это…кажется,да. Да, именно так, меня никто не любит…совсем никто.Чёрт возьми! Как это я раньше не замечал, меня ДЕЙСТВИТЕЛЬНО  СОВЕРШЕННО НИКТО НЕ ЛЮБИТ!

Глава 3

Униженный и оскорблённый

Бедный Джек…Его, оказывается, тоже никто не любит. Почему он замолчал?  Он, наверное, обиделся, и не хочет со мной разговаривать. Может, я слишком утомительный.
Я тоскливо посмотрел на горизонт и увидел, что ко мне подплывает знакомая лодка. Ну, конечно, это морепродукты с «Летучего голландца». Сейчас опять начнётся: «Где ты шляешься? Почему не дома? Такой ты растакой, так тебя растак!»
Лодка приблизилась ко мне, и с неё тут же послышалось:
- Ну и что ты скажешь в своё дурацкое оправдание?
- А что я такого сделал?
- Действительно, что он такого сделал? Тебе капитан Джонс во сколько сказал дома быть?
- Ну…я не помню…
- А то, что Джека Воробья сожрал ты тоже не помнишь, падла, ты, косматая?
- Я его нечаянно съел, это недоразумение.
- Так вот капитан Джонс желает лицезреть это Недоразумение, так что будь добр, доставь  это горе Карибского моря на «Летучий голландец».
- Значит, Джек является другом Дэйви?
- Тьфу, тупой кальмар! Твой Джек является засранцем, который так и не соизволил свой должок отдать!
- Как вы можете так отзываться о человеке, если даже его не видели!
- Видели-видели…хе..в гробу мы его видели. Так что, живо транспортируйся к капитану Джонсу, а то мы тебе быстро применение найдём. У нас в трюме целый ящик пива простаивает, а ты – просто идеальная закуска. – Что ж…по крайней мере, хоть в чём-то я идеален.
Как же мне всё-таки обидно, что никто не воспринимает меня всерьёз. Я самый несчастный кальмар в мире. Я холостой патрон в обойме жизни. Только нашёл себе друга, а теперь вот и его у меня отобрать хотят. Джек молчит, уснул, наверное. Какой же он хороший. Он даже сам не знает, насколько он хороший. И что же он, такой добрый и отзывчивый будет делать среди этих «голландских» жмуриков?
Я подплывал к «Летучему голландцу», уныло перебирая щупальцами, в предвкушении очередной взбучки. Дэйви стоял на палубе и недовольно ворчал, наверное, беспокоился. Я немножко потоптался на дне, пока Дэйви меня не окликнул:
- Эй, Кракен, не тушуйся, греби сюда!
- Что-то не хочется, а можно я ещё поплаваю? – Я пытался выиграть время, чтобы придумать план спасения Джека.
- Знаю я, как ты плаваешь! Лезешь ко всем мореплавателям, пристаёшь со всякими глупостями, а мне потом выслушивать, что, мол, злой дух Дэйви Джонс на всех насылает морское чудовище.
- Ну я не буду ни к кому липнуть, честное кальмаровое слово!
- Так, всё! Хватит мне мозги елозить! Давай мне сюда Джека Воробья и можешь плавать хоть до позеленения!- Я растерялся, я просто не знал, что мне делать. Ну почему, именно мне так не везёт? Почему Дэйви так подло со мной поступает? Неужели я такой противный, что мои ранимые чувства все игнорируют. Ы…Ы…Ы…Ы…Ы…Ы…Ы…Ы…

Глава  4

Когда за дело берётся Прихлоп

- ЗдорОва, Кракен! – крикнул мне Прихлоп Билл и протянул руку. Я ответил на рукопожатие, протянув щупальце. Прихлоп – это тот самый человек, который объяснял мне про то, что люди – это не еда. Дэйви тут же повернулся к Прихлопу и начал ругаться:
- Это не кальмар, это какой-то упрямый осёл! Он мне проклятого Воробья отдавать не хочет. Подружился он с ним видите ли! Короче, если уговоришь этого шизика, то я тебе срок службы скину. Будешь не вечность служить, а полвечности! – С этими словами Дэйви покинул палубу. Мы остались с Прихлопом. Я был этому очень рад. Прихлоп меня, конечно, недолюбливал за то, что я чуть не съел его сына, но никаких гадостей мне не делал. Он, наверное, понимал, что я не специально. Я пытался разрядить обстановку:
- Э…мистер Тёрнер, не правда ли хорошая погода, солнышко поёт, птички светят.
- Да, замечательно, не считая того, что уже стемнело. Кстати о птичках, что с капитаном Воробьём делать будем?
- А вы разве не будите меня уговаривать, чтобы я его тут оставил?
- Перспектива провести здесь полвечности меня как-то не прельщает. Так что, не один Джек хочет оказаться подальше от этого червятника.
- А почему Дэйви такой злой на Джека?
- Хе…это он раньше был злой, а сейчас стал припадочный с тех пор, как у него сердце стырили.
- Да, это печально. А если вернуть ему сердце, может он подобреет?
- Ага, догонит и ещё подобреет. Хотя, надо бы с ним на эту тему переговорить.
- Может, он и Джека отпустит, а то я его даже на сушу выплёвывать боюсь. Вдруг его поймают. Поговорите с Дэйви, пожааааалуйста!
- Ладно-ладно, только не ной.

Как же замечательно, что на свете есть Прихлоп, который готов помочь в благородном деле. Я наматывал круги вокруг корабля и ужасно нервничал в ожидании мистера Тёрнера. Через какое-то время на палубу вышел Дэйви в сопровождении Прихлопа. Как же я тогда волновался. Я так волновался, что не заметил, как устроил на море целый шторм, и с корабля опять послышалась ругань матросов:
- Кракен, распердоль тебя горгона! Оставь в покое море и его обитателей!- Мне стало стыдно за свои неконтролируемые эмоции. Всё-таки я иногда бываю очень противным, особенно, когда меня переполняют чувства. Дэйви обратился ко мне:
- Скажи-ка мне, дорогой друг, каким образом ты собираешься вернуть мне сердце? Или ты думаешь, что твой новый приятель тебе поможет? Хм…будет очень мило, если капитан Джек Воробей рискнёт жизнью ради злого духа моря. – Тут в разговор вмешался Прихлоп:
- Капитан, я же вам уже объяснял, что ради ВАС он  даже задницу свою пиратскую не поднимет, а вот ради своей свободы…
- Прихлоп Билл, а вот тебе это всё на кой рей надо?
- Мы с Джеком были друзьями, нет, ну он, конечно, был ещё тем поганцем, и сына моего в пираты завербовал. Но как говориться: «Кто старое помянет, тому якорь в…» ну в общем вы поняли.
- А ты, как я погляжу, тоже на свободу рассчитываешь, а?
- Нет, ни в коем случае! Что, вы, капитан! Я же только здесь чувствую себя, как дома. Я ещё нигде не встречал такой обаятельной команды и такого вежливого боцмана. «Летучий голландец» для меня – это предел всех моих мечтаний!
- Это, я так понимаю, сарказм?
- Вы как всегда проницательны от ушей и до хвоста.
- Слушай, Прихлоп, а не пойти ли тебе к Дэйви Джонсу! – проорал капитан Джонс. Мистер Тёрнер вопросительно уставился на Дэйви, а потом посмотрел на меня и шепнул:
- Видал? Совсем уже в маразме.
- А ну тихо! Молчать, я вас спрашиваю! Прихлоп, если когда-нибудь захочешь что-то сказать, то заткнись! – Прихлоп подошёл к Дэйви и положил руку ему на плечо:
- Капитан, вы больны. Ах, у вас, наверное, с СЕРДЦЕМ плохо, да? Может, валирьяночки выпьете, а?- Мне стало жалко Дэйви. Зачем мистер Тёрнер так над ним издевается. Он мог бы просто попросить, чтобы Дэйви отпустил его со мной на поиски сердца. Дэйви бы не отказал, он в душе добрый…ну…где-то глубоко в душе…ооооооооочень глубоко.

Дэйви Джонс повернулся ко мне, ища поддержки с моей стороны. Прихлоп сделал тоже самое. Что же мне делать? Меня мучила этическая дилемма. Я в замешательстве водил щупальцем по борту корабля. Затем я всё-таки переборол своё стеснение и заговорил:
- Мне кажется, вернее, я смею полагать, что мистер Тёрнер смог бы помочь мне и Джеку отыскать ваше сердце и вернуть вам…- Дэйви меня перебил:
- В то, что вы его отыщите, я ещё могу поверить, а вот насчёт «вернуть», меня гложет червь сомнения.- Я не знал, что на ТАКОЕ ответить. Меня не только не любят, мне ещё и не доверяют! Дэйви во мне сомневается. Это ужасно. Как же я смогу спасти своего единственного друга, если у меня на это нет ни шанса. Помощь пришла со стороны Прихлопа:
- Вернём-вернём! А давайте, я вам невесту своего сына в залог оставлю. Эта почтенная дамочка проживает в Порт-Рояле в хоромах губернатора. Так, что забирайте на время…может вам сгодится…
- Невесту РОДНОГО сына? В залог? Ради Воробья?
- Я же пират, забыл что-ли?
- Ладно, чёрт с тобой, по рукам!

Глава 5

Чудо-остров

Мы решили отплывать на рассвете. Поскольку Дэйви не дал нам лодку, мотивируя это тем, что мы – очень нехорошие люди, Прихлоп запрыгнул ко мне на спину и крикнул:
- Прокатимся с ветерком! – Я радостно начал грести щупальцами. «Летучий голландец» постепенно скрылся из виду.

Прихлоп развалился на моей спине и, наконец, обратился к Джеку:
- Срок вышел, Джек, пора просыпаться. – Сразу послышался сонный голос капитана:
- Слушай, рылохвост, а что это у тебя такой голос загробный стал? – Я хотел было пожелать Джеку доброго утра, но Прихлоп заговорил раньше меня:
- Джек, я – Билл Тёрнер, не узнаёшь что-ли?
- Прихлоп? Ты где? Он тебя тоже слопал? Вот, зараза!
- Никто меня не лопал, я на спине Кракена сижу, на солнышке греюсь, отдыхаю…
- Тебя Дэйви Джонс отпустил?
- Если всё получится, то отпустит.
- Тысяча чертей! Что получится? Куда мы плывём?
- Сначала найдём сушу, чтобы Кракен мог тебя выплюнуть, а потом мы должны найти сердце Дэйви Джонса, чтобы вернуть его владельцу. Тогда он нас троих отпустит на все четыре стороны.
- Так он, оказывается, всё это время МОГ меня выплюнуть! Эй, ты, пупырчатый, а ну, выплёвывай меня немедленно!- Я жалобно сказал:
- Боюсь, что я не смогу потому, что для того, чтобы я смог что-нибудь выплюнуть, меня должно стошнить, и  я совершенно не знаю, что нужно для этого сделать.
- Зато я знаю, так что, кальмар, лево руля. Курс на вон тот остров! – задорно крикнул Прихлоп.

Мы подплывали к острову. Прихлоп спрыгнул с моей спины. Я тут же услышал голос капитана:
- Что, приплыли? Ну давай, Прихлоп, сделай так, чтобы стошнило. Хотя нет, пусть его вообще наизнанку вывернет! – Мне было очень обидно. Я же к Джеку очень хорошо отношусь, а он желает мне зла. Прихлоп ответил Джеку:
- Прекрати обзываться на Кракена, а то он обидится и поплывёт топиться. Ну что, кальмар, давай потихоньку швартоваться!
- А это больно?
- Что больно?
- Швартоваться. – Я услышал дружный хохот. Видимо, я и в правду тупой, раз не знаю значения этого слова.
- Нет, это не больно, это..э..это щекотно, вот!

Надо же! Швартоваться действительно щекотно. А я-то думал. Я немного повеселел, ощущая теплые лучи солнца, которые грели мою спину. Но мое умиротворённое состояние прервал голос мистера Тёрнера:
- Так. Кракен, от чего тебя может стошнить?
- Я..я..не знаю.
- Ну ладно, закрой глаза и представь что-нибудь отвратительное. – Я закрыл глаза и начал лихорадочно представлять. У меня ничего не получалось потому, что после «Летучего голландца» и его матросов мало что казалось отвратительным  Я с виноватым видом произнёс:
- Не получается…- Вдруг Джек Воробей обратился радостно к мистеру Тёрнеру:
- Прихлоп, я придумал! После ТАКОГО он не только меня, он кишки свои выплюнет. Давай, Билл, пой за мной:

Лёлик, солнце, я тебя люблю,
Но замуж не пойду.
Лёлик, солнце, я тебя люблю,
Но замуж не пойду.
Лёлик, солнце, я тебя люблю,
Но замуж не пойду.
Лёлик, солнце, я тебя люблю,
Но замуж не пойду.
Лёлик, солнце, я тебя люблю,
Но замуж не пойду. – Сначала я пытался не слушать эту какофонию и заткнуть уши щупальцами. Но Прихлоп ловко связал их морскими узлами. Мне никогда не было так плохо. Я умолял их прекратить это издевательство:
- Хватит, я этого не заслужил, меня сейчас стошнит...Стошнит? УУУУУУРРРРРРРРРРРРРАААААААААААААА!

Глава 6

Бывают в жизни радости

Я никак не мог охарактеризовать своё состояние. С одной стороны, капитан Джек Воробей цел и невредим. А с другой стороны, он был ужасно зол на меня и в гневе носился по берегу, ругая всё на своём пути.  Потом Джек начал орать о том, что вступал в интимные отношения со всем миром, причём в извращённой форме.
Мне было очень неприятно наблюдать такую сцену.  Ведь, это я во всём виноват! Если бы я не был таким прожорливым, то ничего бы этого не было. Всё. У меня началась депрессия. Меня никто не хочет видеть, никто не хочет со мной разговаривать. Как же это печально, когда твоим обществом пренебрегают! Я такой гигантский, и в то же время такой ранимый. Кажется, что я самый противоречивый кальмар на свете.
- Эй, ты, слонорыл, а ну верни мне мой корабль!
- Корабль? Э…ну…дело в том, что я не помню, где я его оставил. Я помню, что я играл с ним, а потом…он потерялся.– Какой стыд и позор! Я взял чужую вещь и потерял. И я ещё считал себя порядочным кальмаром!
- ЧТОООООООООООООООО??? Это же «Чёрная жемчужина»! Это МОЙ корабль! Это МОЯ свобода! Да я тебя сейчас сам так потеряю, что по молекулам себя собирать будешь!- Я чувствовал себя ужасно виноватым. Никто меня не любит. Никто не простит бедного кальмара. Я не смог сдержать своих слёз и горько заплакал…

В то время, пока я всхлипывал от обиды, раздался голос Прихлопа:
- Ну спасибо тебе, Джек! Теперь стараниями Кракена, обиженного в лучших чувствах, весь остров затопит к чёртовой бабушке! Не знаю, как тебе, а я не планирую к Дэйви Джонсу возвращаться!
- Этот педоникрозоофильный кальмар отнял у меня корабль!
- Если ты его не утешишь, то он отнимет у тебя ещё и жизнь, сам того не желая. Так что, иди и найди подход к его хрупкой душе! – Джек направился в мою сторону. Затем подошёл ко мне совсем близко погладил по щупальцу. Я отодвинул щупальце, демонстрируя своё нежелание выслушивать разные обзывательства со стороны Джека.
К моему приятному удивлению, капитан Воробей  снова подошёл ко мне и…обнял меня. Обнял настолько, насколько человек может обхватить гигантского кальмара с огромными щупальцами. Ух ты!  Меня ещё никто и никогда не обнимал. Это непередаваемое ощущение.  Потом Джек начал меня успокаивать:
- Ну Кракен, прекрати сырость разводить. А то у твоих новых друзей случится утонутие в следствии недоплытия. – Он сказал «друзей». Ура! У меня теперь есть настоящие друзья! Я самый счастливый кальмар на свете!

Теперь я плакал от радости и по той же причине бил щупальцами по воде. Ой, опять шторм. Я должен научиться скрывать свои эмоции и стать кальмаром с нордическим характером. Радуясь и брызгаясь, как малое дитя, я создал вокруг себя целый водоворот, в который попадали все существа и вещи в радиусе  данной местности. Джек с Прихлопом пытались вскарабкаться мне на спину и уговаривали прекратить этот приступ радости:
- Краааааааааааааааааакен, прекрати дёргаться, как ампутированная конечность! Ты что, смерти нашей хочешь? – Я потихоньку успокоился и огляделся вокруг. Ой, а где остров? Неужели я его потопил?  Надо же, как неудобно вышло-то…
Я почувствовал, что кто-то цепляется за мои щупальца, при этом зачем-то вспоминая мою маму и всех моих родственников с подробным описанием каждого. Оказалось, что это были Джек Воробей и Прихлоп Билл. Судя по их потрепанному виду, они достаточно от меня натерпелись. И теперь просто беспомощно болтались над морем. Я очень боялся, что на этом нашей дружбе придёт конец. Только не это! Я меньше всего на свете желал снова оказаться жертвой собственного одиночества, поэтому поспешил произвести доставку друзей на свою спину и принести свои извинения:
- Простите пожалуйста, мне так неловко. Наверное, мне вообще рождаться не следовало.- Капитан Воробей принял нецензурное выражение лица и устало проговорил:
- Знаешь, Кракен, таких, как ты нет, не было и НЕ НАДО! – Затем, пираты рассмеялись и пригрозили снова спеть про «Лёлика», если я ещё раз устрою что-нибудь подобное.

Глава 7

Возвращение блудного корабля

Перед тем, как отправляться за сердцем  Дэйви, мы прочесали энное морское пространство в поисках «Чёрной жемчужины». Я снова разволновался. А вдруг Джек не найдёт свой корабль? Он ведь не захочет со мной не только дружить, но и вообще разговаривать. Боже, какой стресс, какой стресс! Мистер Тёрнер пытался меня подбодрить:
- Кракен, сконцентрируйся на том моменте, когда ты в последний раз видел корабль..
- Ну…э..я с ним играл и…и…- Меня перебил Джек:
- …И доигрался! Это мы уже слышали! Куда корабль дел, дурында?
- Вспомнил! Я сначала его потопил…ну, нечаянно, а потом я его вытащил и спрятал.
- КУДА?
- В бухту какого-то острова. А название я не помню.
- Расскажи, что сей остров из себя представляет? – Спросил мистер Тёрнер.
- Ой, мне этот остров не понравился. Там все такие злые, синие и шатаются.- Я уже подумал, что поиски безнадёжны, но вдруг два пирата дружно заключили:
- ТОРТУГА!!!
- А что такое «Тортуга»?
- Это остров такой, где пираты отдыхают от тяжёлой работы. Так сказать, скрашивают свои тяжёлые трудовые будни за кружечкой рома.
- Поняяяяяяяяяяятно. Мы сейчас туда плывём?
- Да, морской выкидыш, мы плывём туда, где ты оставил мою «Жемчужину»! Молись, чтобы её никто не реквизировал! – Джек хотел ещё что-то добавить, но Прихлоп ему шепнул:
- Джек, заткни свою злость. Тебе мало того, что он нам на острове устроил? – Мне стало обидно. Во мне поселилось сомнение, что меня всего лишь терпят, как неизбежное зло. Я печально засопел. На моей спине начало происходить оживление, связанное с тем, что я  снова был на грани истерики:
- Кракен, успокойся. Всё хорошо. Как только этот грубиян получит свой корабль, он перебесится и станет добрым и ласковым. – Успокаивал меня мистер Тёрнер. Джеку это не понравилось, и он поспешил сообщить об этом:
- Это я-то грубиян? Да меня лишили моего единственного имущества! Меня обобрали до нитки!
- Хорошо – не до удавки. – Язвительно заметил Прихлоп.
- Билли, ты, конечно, мой друг и всё такое, но не пойти ли тебе на горбатый хрен стихи петь?
- Отлично, я пойду на горбатый хрен стихи петь, а ты – за мной, не сворачивая! – Кажется. Они начинают ссориться. Это не к добру. Надо было срочно их мирить, тем более, что они повздорили из-за меня. Я избрал безотказный способ:
- Ребята, давайте жить дружно! – Продекламировал я. На что мне ответили:
- Кальмар, а давай, ты засохнешь! – Я насупился и поспешил разъяснить сказанное мной:
- Я имел ввиду, может вы выпьете? Я вот, ром с острова захватил…хотите? – Ух ты! Я наконец-то услышал тёплые слова в свой адрес:
- А мелкий-то дело говорит!
- Да, выпить  - это то, что надо!
- А я-то совеем забыл, что там у контрабандистов склад. Стоп! Кракен, а ты как ром нашёл, ты ж не знал про склад? – Неужели я наконец-то добился того, чтобы со мной разговаривали по-доброму. Я с готовностью поддержал беседу:
- Я не знал про склад, вернее, потом-то я про него узнал, когда ром унюхал…-Реакция Джека Воробья была незамедлительной:
- Унюхал? Ром? О, мудрейший из головоногих. Прими же благодарность от двух беспутных пиратов! – Прихлоп тактично заметил:
- Беспутных пиратов здесь только одна штука, и что-то мне подсказывает, что это ты, Джек. А знаешь, почему?
- Мне совершенно неинтересно, почему индивид с «Летучего голландца», продавший душу Дэйви Джонсу, так считает. – Парировал Джек. Затем я услышал хоровое:
- Так выпьем же за дружбу! – Выпили.

Впереди виднелась земля. Это была Тортуга, я узнал её. Именно там я оставил корабль.
Я снова швартовался, мне понравилось. Корабль оказался абсолютно нетронутым по причине того, что я, оказывается, по словам Джека: «Зафигачил его в самую дальнюю бухту». Посовещавшись за ящичком рома, пираты решили, что на поиски сердца корабль брать не будут. Прихлоп твёрдо заявил:
- Запалимся! – Но Джек, скучавший по «Жемчужине», тут же спросил:
- А на кальмаре, думаешь, не запалимся.
- Сам подумай, морда пиратская, если мы будем на «Жемчужине», то сразу поймут, что мы – пираты! А вот если мы приплывём верхом на кальмаре, то не иначе, как придурками нас никто не назовёт. – Со стороны Прихлопа это было самокритично, но Воробей с ним согласился и предложил следующее:
- Неплохо бы совершить небольшую прогулку по местным кабакам. Это поможет выудить информацию о местонахождении предмета наших поисков. Здешняя пьянь, как правило, очень разговорчивая и на диво всезнающая. – Я с сожалением понимал, что меня  они с собой не возьмут потому, что я слишком большой и впечатлительный. Но так было надо для дела. Я покорно остался на берегу и уснул.

Глава 8

Сирота Карибская

Забрезжил рассвет…Тортуга умолкла. Я проснулся, но ни Джека, ни Билла поблизости не обнаружил. Бедные…Они, наверное, всю ночь не спали, выискивая информацию. Я сладко потянулся и снова задремал. В ожидании друзей, я предался воспоминаниям из детства…

Вообще – я сирота. Единственное, что я знал о своих родителях, это то, что они были кальмарами. Я был ещё совсем маленьким, когда встретил Дэйви.
Я в то время плавал по Карибскому морю в поисках лучшей жизни. Жизнь кальмара-беспризорника меня томила и разрушала изнутри. Мне кажется, что мои родители были очень интеллигентными. По крайней мере, это объясняет мою врождённую вежливость и доброжелательность. Правда, ни то ни другое особо мне не помогало. Меня часто дразнили, пинали и прогоняли отовсюду, куда бы я ни поплыл. Всюду меня сопровождали обидные вопросы: «Эй, а ты чё такой зелёный?», « Эй, а ты чё такой пупырчатый?», «А ты уверен, что ты – кальмар, а не бизон?». Казалось, что весь подводный народ упражнялся в остроумии на мой счёт. Как только меня не называли: карибский выкидыш, гигант-недомерок, кальмар-переросток. Я старался не обращать внимания на подобные оскорбления, за что заслужил ещё одно прозвище – «интеллигент вшивый».
Однажды я влюбился в речную осетрину, которая по случайности заплыла в наши края, но как только она узнала, что осетрины в море не живут, тут же отплыла восвояси. Для меня это было настоящей трагедией. Потом мне понравилась скумбрия, но оказалось, что у неё был довольно-таки распутный нрав. Она изменила мне с палтусом. Я не мог делить любимую с кем-то ещё, поэтому, у нас ничего не получилось. Вот и вышло, что к одиннадцати годам я уже дважды познал несчастную любовь.
И вот  в один прекрасный день  я решил, что доплыву до первого корабля, и если меня там не примут, то я попрошу меня прибить. Я больше не мог оставаться изгоем подводного общества.  По воле судьбы первым попавшимся кораблём оказался «Летучий голландец». Про этот корабль ходили всякие нехорошие легенды. Но поскольку такому отщепенцу, как я терять было нечего, я подплыл поближе и поздоровался с капитаном. Капитан глянул на меня и спросил:
- Чего надобно здесь? – Я жалобно посмотрел на него и проурчал:
- Я – Кальмар, и мне совершенно некуда идти.
- А, так тебе подсказать, куда тебе надо идти? Эй, ребята! – Он подозвал матросов, которые напоминали древних морских обитателей, вымерших лет сто назад. Они тут же  начали рассматривать меня с нескрываемым интересом и периодически спрашивать:
- Эй, а ты чё такой зелёный? – Я уже не помнил, в который раз я отвечал на этот вопрос:
- Я не зелёный, я радикального болотного цвета.
- Эй, а ты чё такой пупырчатый?
- Я не пупырчатый, я просто ребристый!
- Эй, а ты уверен, что ты – кальмар, а не бизон?
- Я – кальмар, мои папа и мама были кальмарами, мои бабушка и… - Меня тут же прервали матросы:
- Во, растарахтелся-то! Видать, давно по морде не получал, а? – Мне казалось, что они до самого страшного суда собирались надо мной издеваться, но неожиданно за меня вступился капитан:
- Так…значит – потомственный ребристый кальмар радикального болотного цвета…хм…интересно… - Остальное я не расслышал, потому что ко мне уже подплывала шлюпка, набитая наглыми матросами, которые орали во всё горло:
- Ура! Закуска! – Ко мне потянулись чьи-то руки. Я, привыкший к подобному обращению, не нашёл ничего лучше, как укусить одну из них. Реакция на укус была довольно-таки бурная:
- Ну, всё, паршивец! Ты труп! – Остальные матросы полностью поддерживали товарища:
- Мочи гада!
- Бей кальмара! – Я думал, что мне конец, но капитан повёл себя очень благородно и отозвал своих матросов словами:
- А ну, олигафрены, марш на борт! По местам! Тоже мне, занятие нашли! – Я снова решил использовать свой шанс уговорить капитана приютить себя:
- Спасибо вам, что заступились. Вы такой добрый и… - Я не договорил. Капитан ухмыльнулся и сказал:
- Я? Добрый? Ты что, с мачты грохнулся? Я – Дэйви Джонс, злой дух моря! Я по определению не могу быть добрым!
- Но вы же отозвали этих…людей от меня.
- Ну да, отозвал. Просто эти олухи вчера стащили моё пиво, налакались в кубрике, а теперь им ещё и закусон подавай! Перебьётесь, сволочи! – крикнул Дэйви, обращаясь к присутствующим на палубе. От такого ужасающего крика последние зашлись мелкой дрожью и дружно прижались к борту. Я снова обратился к Дэйви:
- Ну возьмите меня к себе! Я вам пригожусь! – Капитан Джонс тут же спросил:
- А что ты умеешь делать?
- Ну…я умею вязать, меня одна креветка научила, – неуверенно промямлил я.
- Очень полезное занятие, особенно на корабле, - сказал Дэйви с нескрываемой иронией.
- Ещё я умею рисовать. – Матросы снова оживились, я услышал:
- Ух, ты! А нарисуй Прихлопа! – закричали они и вытолкнули вперёд какого-то пирата.
- Ага. Портрет Прихлопа повесим в кубрике. Будет куда шкурками бросаться! – сказал какой-то матрос и тут же полетел за борт, ощутив на себе всю прелесть тяжёлой руки Прихлопа Билла Тёрнера. Остальные в связи с этим от комментариев воздержались. Я, преодолевая стеснение, продолжал беседу:
- Ну, возьмите меня к себе! Я читать умею. Помогите бедному кальмару реализовать себя в этой тяжёлой жизни. – Дэйви усмехнулся и недовольно сказал:
- Стоп, стоп, стоп! Не умствуй! Приведи мне хоть один весомый довод в пользу твоего присутствия на моём корабле. – Я призадумался, и вдруг меня осенило:
- Ну, я совсем не приспособлен к жизни. Обо мне никто никогда не заботился. Никто меня не воспитывал. Меня все дразнят потому, что мой размер намного превышает размер нормального кальмара. Для меня очень трудно добывать себе пропитание. Иногда даже приходится есть лодки и шлюпки потому, что ничего другого я не могу себе позволить. – Я хотел рассказать капитану подробную историю моего хмурого детства, но он меня перебил:
- Шлюпки и лодки, говоришь…и что, прям вот так и ешь их? – Я кивнул, в душе радуясь, что Дэйви заинтересовался и посочувствовал. Он о чём-то задумался, раскурил трубку, а потом  спросил:
- А корабль проглотить можешь?
- Ну…Как-то раз, я плавал в Бермудах. Я тогда не ел целую неделю. Я настолько обезумел от голода, что съел целый фрегат, который попался мне на пути. Я до сих пор помню этот фрегат, он мне даже снится. Я очень раскаиваюсь за содеянное. Но я был такой голодный! – Дэйви  с пониманием отнёсся к тому, что я ему рассказал и серьёзно спросил:
- И что, вкусно было?
- Ага, очень вкусно, я люблю корабли!
- Замечательно! Эй, раздолбаи, а ну, все на палубу! – Я до последнего момента надеялся, что Дэйви  смилуется надо мной. И впервые в жизни мои надежды оправдались. Капитан собрал всех и объявил:
- Поприветствуйте сироту карибскую! Отныне он будет служить на «Летучем голландце»…э…вернее не в буквальном смысле, на корабль мы его не втащим чисто физически. Но он будет служить мне. С этим кальмаром будьте поласковее, вы имеете дело с чувствительным, легко возбудимым, ранимым и дотошным гадёнышем.- Это был один из самых счастливых моментов в моей жизни..

Немного погуляв мысленно по воспоминаниям из своего детства, я постепенно вернулся в реальный мир обратно. Оглядевшись, я увидел, что  вдоль берега, пошатываясь, шли Джек и Прихлоп. Почему они шатаются? Наверное, устали. Совсем заработались. И лица у них какие-то нездоровые. Оба подошли ко мне и прислонились к моему боку.
Бедненькие, совсем умаялись…

Глава 9

Трезвые доводы пьяных пиратов

Я с сочувствием наблюдал за попытками своих друзей подняться и при этом устоять на ногах. Как всякий порядочный кальмар, я посчитал своим долгом поинтересоваться:
- Вам плохо? – Ответом мне было невнятное  мычание, а затем я услышал:
- Плохо? Это нам-то плохо? Да, нам фактически звездец! – Мне стало не по себе. Я тут же спросил:
- Что случилось? Вас так долго не было! Я беспокоился. – Пираты промямлили что-то неопределённое, и, наконец, с большим трудом встав на ноги, начали топтаться на песке. Это зрелище я нашёл весьма забавным, поэтому не смог сдержать смех. Джек Воробей скорчил обиженное лицо и проговорил:
- Тебе смешно, а нам ещё пить и пить.
- Пить? Зачем пить?
- Как, зачем? Лечиться,– ответил Прихлоп.
- Лечиться? Вы заболели? У вас лихорадка? – Я совсем разнервничался, но Джек спокойно ответил:
- Нет, дружище, мы перепили и у нас похмелье. – Ах вот, чем они занимались на острове! А я-то, дурачок, думал, что они изо всех сил пытались найти сердце Дэйви.
- Как вы могли? Я не сомневался в том, что вы приличные люди, а вы, оказывается, ленивые алкоголики! Как не стыдно! – Парочка смотрела на меня непонимающе, и делая вид, что мои слова ни в коем разе их не касаются. Затем капитан Воробей обиженно крикнул:
- Ах ты, моралист неблагодарный! Между прочем, пока ты тут берег плющил, мы обошли весь этот кусок земли вдоль и поперёк! И мы раздобыли-таки кое-какую информацию, касающуюся сердца Дэйви Джонса. – Я ещё не успел подсчитать, в который раз испытал чувство стыда за свои эмоции. Прихлоп тут же продолжил нить разговора:
- Сердце было украдено ещё  на острове Креста. Джек и команда отплыли оттуда на «Жемчужине», а вот командор Норрингтон предпочёл остаться. Получается, что сердце реквизировал он. – Джек возмущённо встрял:
- Не реквизировал, а украл,…нет, стырил! Нагло спёр! – У меня созрел вопрос:
- А зачем было всю ночь проводить на Тартуге, чтобы просто вспомнить то, что было раньше? – Джек тут же резко подошёл ко мне и в упор затараторил:
- Верно, цыпа, ради этого не стоило. Но! – Джек выразительно взмахнул рукой и продолжил:
- Но того, что я вспомнил, оказалось недостаточно для определения чёткого курса. Пришлось нам с Билли прояснять ситуацию путём затуманивания разума особо болтливых мореплавателей. Затем мы приложили немало усилий, чтобы  из палатки «ПИВО» на тебя перестали смотреть оценивающими и голодными взглядами! И после всего этого, ты называешь нас алкашами! – Какой стыд, какой позор! Я сомневался в своих друзьях!
- Простите меня, пожалуйста, я был неправ, я наговорил вам гадостей. Это было незаслуженно и необоснованно. Простите.
- То-то же! – Хором ответили довольные пираты, выполняя при этом передачу бутылки рома из рук в руки, поочерёдно глотая из неё. Меня окутало любопытство, и я поинтересовался:
- Куда нам нужно плыть? – Мне ответил капитан Воробей:
- Ты слышал про лорда Беккета?
- Нет, а кто это?
- Это глава Ост-Индийской торговой компании и, по совместительству тот самый нехороший человек, у которого сейчас находится сердце Дэйви.
- Значит, нам нужно найти этого лорда и попросить его вернуть украденное. – Я искренне надеялся на порядочность последнего. Джек тут же повалился на песок и начал дико хохотать, а  Билл Прихлоп развеял мои надежды:
- Нет, дружище, у таких, как Беккет даже просить не стоит. С таким успехом можно у короля Франции попросить, чтобы он уступил трон на время.
- Значит всё совсем плохо? - спросил я.
- Не совсем, но придётся очень постараться.
- Но ведь даже в плохом человеке можно найти что-нибудь хорошее.
- Ага, если тщательно его обыскать! – крикнул капитан Воробей, сдавленным от смеха голосом. – Кстати, неплохо бы отплыть. – С этими словами Джек поднялся с песка и запрыгнул мне на спину. Прихлоп сделал то же самое.
- А куда мы плывём? У нас есть курс? – спросил я.
- Да, цыпа, теперь у нас есть курс! Плывём на Гаити, по словам вестников Тартуги, именно там лорд Беккет имеет место быть.
- А вы не были на Гаити?
- Ещё чего! Нас и здесь неплохо кормят. – Пробурчал Джек.

Глава 10

Вдруг откуда ни возьмись

Я никогда не был на Гаити. С другой стороны, мои новые друзья тоже там не были. Интересно-то как! Ещё мне любопытно было посмотреть на лорда. Неужели, он действительно такой негодяй? Мои мысли прервал капитан Воробей:
- Эй, мелкий, о чём задумался?
- Да так…может всё-таки нужно сначала поговорить с лордом, а уж потом приступать к решительным действиям? Между прочим, я в какой-то книжке читал, что практически к любому человеку можно найти подход.
- Тоже мне, умник! Тебе череп не жмёт, а? – проворчал Джек.
- Ещё там было написано, что люди часто прикрывают свою ранимую натуру, оскорбляя других. – Это было адресовано капитану Воробью, который с недоумением уставился на небо. Прихлопу, видимо, моя фраза понравилась, он потрепал Джека по плечу и проговорил:
- Бедненький. – Джек повернулся к Биллу и жалобно заключил:
- И ты, Брут. – Я был приятно удивлён сказанным и поспешил это отметить:
- Джек, ты цитируешь Цезаря, это похвально.
- Книжный червь. – буркнул капитан Воробей и демонстративно скрестил руки на груди.
- Лучше уж книжный червь, чем зелёный змий! – с негодованием сказал я.
- И на что это, ты морской полип, намекаешь? – оживился Джек.
- На то, что если бы вы с Биллом столько не пили, вы бы могли стать очень уважаемыми людьми! – Меня действительно сильно коробило то, что на моих глазах двое очень хороших людей губят своё здоровье и свою личность.
- А давай вот только, Билла сюда не приплетай! – возмутился Прихлоп,- Я можно сказать, вообще практически не пью!
- Ага, не пьёшь…из мелкой посуды, - с сарказмом добавил Джек.
- Вот видите? Это алкоголь  на вас так пагубно действует!
- Сдаётся мне, что это не алкоголь, а Дэйви Джонс на нас пагубно действует! – заключил капитан Воробей.
- Прекратите  наговаривать на Дэйви! – крикнул я.
- Наговаривать? Да, у нас и в мыслях не было на него наговаривать! Джек, давай же выпьем за здоровье Дэйви Джонса! – предложил Прихлоп.
- Давай, только стоя и не чокаясь! – ответил Джек.
- Хватит! Это уже хамство! – возмутился я.
- Спокойно, кальмар, надо быть сдержаннее. – сказал Прихлоп, осознавая, что у меня начинается приступ негодования. Я в свою очередь ответил:
- Это вам следовало бы быть чуточку культурнее, чем кажитесь. – Пираты присвистнули, затем выругались, а потом и вовсе переключились на обсуждение того, кто с кем и сколько раз. (Как в моральном, так и в физическом смысле) Я протестующее заткнул уши щупальцами по причине того, что терпеть не мог подобные разговоры. Постепенно флибустьеры угомонились, видимо, опустошив весь свой лимит похабщины. Теперь разговор шёл о сыне Прихлопа.
- Слушай, Джек, ты вот объясни мне, с чего это мой отрок жениться надумал?
- Ну…у них с Элизабеттой…эта самая, как её, а – любовь, вот!
- Вот ведь не сидится ему на месте! То в пираты пошёл, теперь – под венец. – Джек ухмыльнулся и елейным голосом сказал:
- Того и гляди, скоро станешь дедушкой.
- Ну спасибо, обласкал! Хорошо, что не бабушкой! Кстати, я эту…Лизабетту Дэйви Джонсу в залог оставил, как гарант того, что мы никуда не смотаемся. – После этих слов, капитан Воробей резко вскочил и крикнул:
- Так что ж ты раньше молчал? – затем он шепнул Прихлопу – Билл, ты – гений. И Джонсу жизнь испоганил, и нам теперь можно со спокойной душой драпать куда подальше. – Я решил не подавать виду, что это услышал. Не могут же они взять и предать меня.
- Замечательно придумал! Только вот, ты не учёл одного обстоятельства. Дело в том, что мой сынок обладает свойством не только лезть, куда не просят, так ещё и спасать кого не надо, а если он постарается, так и вовсе попадёт, куда не следует. Исходя из выше сказанного, можно полагать, что Уилл непременно прибудет на «Летучий голландец», спасёт свою пассию, предложив взамен свою честную душу, и, следовательно -  задержится погостить у Джонса, сам того не желая. А сына мне терять неохота, он у меня всё-таки один…вроде бы.
- Невероятно! Эту самоотверженность он явно не от тебя унаследовал.
- Точно, это всё гены его мамки.
- Вот молодёжь пошла…эх – вздохнул Джек.
- Не говори…вот мы в своё время…- согласился Прихлоп.
Ура! Меня никто не собирается покидать. Как же я рад. В честь этого, я весело барабанил щупальцами по воде и напевал:
     «От улыбки станет всем светлей,
       От улыбки в небе радуга проснётся!»
Пираты с недоумением глядели на меня, периодически успевая подпрыгивать в такт моим резким поворотам. В конце концов, они беспомощно сползли с моей спины, и крепко вцепившись, повисли на моих щупальцах. Я продолжал радоваться, но вскоре мою радость прервали крики возмущения:
- Эй,  у тебя что, весеннее обострение?
- Совсем без царя в голове? – Эти крики отрезвили моё сознание, и я успокоился.
- Уффффф… - с облегчением вздохнули Билл и Джек.
- Тысяча извинений. Я просто вне себя от радости. – Джек спокойно сказал:
- А по-моему, не в себе. И не от радости, а от рождения.- Я залюбовался закатом. Красиво.
- Посмотрите! Какой необыкновенный закат! Как будто вся морская природа окунулась в палитру золотисто-перломутровых тонов. – С моей спины тут же послышалось:
- Кракен, если ты ещё раз так задерёшь голову, то это не природа, а мы окунёмся в палитру морского дна.
- Но красиво ведь!
- Красиво, но криво! Плыви прямо, а то нас сейчас укачивать начнёт. – Проворчал Джек.
- Я стараюсь…- мне толком не дали оправдаться, поскольку капитан Воробей закричал:
- Прямо по курсу судно! – К нам, действительно, что-то приближалось, и это «что-то» показалось мне очень знакомым.
- Еттить-колотить, это ж «Летучий голландец»! – мрачно констатировал Прихлоп.

2

Глава 11

Семейные ценности

«Летучий голландец» подплывал всё ближе и ближе, а жить нам хотелось всё больше и больше. Вскоре корабль подошёл  к нам практически вплотную.  Я услышал родной голос, принадлежащий Дэйви:
- Здравствуй, Джек.
- …Капитан Джек, смекаешь? – поправил его Воробей.
- Ты был бы им, но твоего корабля я что-то не вижу. Или ты возомнил себя капитаном МОЕГО кальмара?
- Кракен – не твоя собственность! – Я молча наблюдал за спором двух капитанов, которые были для меня одинаково дороги.
- Да уж. Видимо теперь Кракен – это единственное средство твоего передвижения. – Я в замешательстве плавал вокруг корабля, непроизвольно создавая эффект водоворота. Вдруг, я увидел Уильяма, того самого сына Прихлопа, которого пару раз чуть не съел. Он наблюдал за нами стоя на палубе «Летучего голландца». Вид у него был слегка помятый и потрёпанный. На его бледноватом лице ясно читалось: «Остановите Землю. Я сойду». Видимо, Уильям поступил в точности так, как предполагал его папа.
Мистер Тёрнер величественно восседал на моей спине, но, увидев своего сына, тут же молвил:
- Нет, я не могу смотреть на то, как сынок гробит свою жизнь! – и с этими словами демонстративно отвернулся в противоположную от места событий сторону. Уильям хотел, было спрыгнуть к нам, чтобы объясниться с отцом, но Дэйви поймал его за ногу:
- И куда это вы, юноша, намылились?
- Я должен поговорить с отцом! – уверенно проговорил Уильям, пытаясь высвободиться из цепких щупалец Дэйви.
- Поговорить? О чём, сын? У меня из-за тебя скоро будет инфаркт миокарда! – возмутился Прихлоп.
- Да как ты можешь в чём-то меня упрекать? Тебя десять лет не было рядом со мной!
- Вы посмотрите на эту недоросль! Тебя что, уже вообще одного оставить нельзя? – Подобное оправдание показалось мне грубоватым по отношению к Уиллу, и я проурчал:
- Но не на десять лет же?
- А ну, цыц! – крикнул мне Прихлоп, и продолжил заниматься созерцанием морского пейзажа, делая вид, что ничего, кроме этого его не интересует.
- Отец, неужели тебе нечего сказать? – негодовал Уильям, повторяя попытку спрыгнуть с корабля. Но это действие снова не увенчалось успехом. Дэйви хоть и проявил неподдельный интерес к происходящему, но ногу Уилла держал всё так же крепко. И, по-моему, вовсе не собирался в ближайшее время её отпускать.
- Я не желаю слушать твои упрёки и подозрения, – буркнул мистер Тёрнер, продолжая свои наблюдения натуралиста. Уильяма вдруг осенило:
- Пар-ла-мен-тёр! Переговоры! Ты – пират, ты не можешь отказаться! – Прихлоп медленно повернулся к эпицентру событий:
- Знаешь, сын, когда я ты был ещё совсем маленьким…- глаза Уильяма загорелись, Джек присел рядом с Прихлопом, Дэйви склонил голову на одно из щупалец, не забывая при этом поудобнее ухватить ногу Уилла, матросы сгруппировались на палубе. Всё это разномастное общество приготовилось слушать увлекательную историю, которую начал рассказывать Прихлоп. Мне тоже было очень интересно. Мистер Тёрнер с вдохновением продолжал:
- Ну, так вот, когда ты был ещё совсем маленьким. Ты, конечно, и сейчас ещё дитё, но тогда ты был совсем-совсем маленьким. Ты, конечно, и сейчас не особо-то вырос, но тогда ты был маленьким-маленьким и несмышленым. Ты, конечно и сейчас ничего в жизни не смыслишь, но тогда…- Со всех сторон тут же послышалось:
- Мы поняли! Мы врубились! До нас дошло! Что было дальше? – Убедившись, что публика заинтригованна, Билл опять взял слово:
- Итак, когда ты был совсем маленьким...
- Прихлоп Билл, не зли меня! – процедил Дэйви.
- Ладно. Знаешь, Уилл, ты был ужасно неуправляемым и противным ребёнком. Я был почти уверен, что Иерихонская труба – это довольно-таки милый инструмент по сравнению с тобой, но твоя мамка считала тебя маленьким ангелом. С того момента, я начал задумываться: а надо ли мне в рай, если там мне придётся иметь дело с ТАКИМИ ангелами, которые орут, как будто их режут, постоянно клубятся под ногами, требуют всеобщего внимания и совершенно не дают спокойно выспаться? А ты был таким, Уилли. Ты порождал во мне новые чувства: раздражение, хронический недосып, отвращение к таким вещам, как пелёнки, коляски, и молоко. Молоко…бррр…- Прихлоп начал картинно биться в судороге, чем вызвал сочувствие Джека:
- Эй, налейте ему рома, срочно! – Через некоторое время, Билл продолжил свой рассказ, держа в руках кружку рома:
- Мы тогда жили в Бристоле.  У нас там был домик и свой участок земли, на котором я любил выращивать травку-маравку. Эх, Уилли, ты, наверное, уже не помнишь, как ты мне все грядки потоптал. Вернее, ты ходить тогда ещё не очень умел, но поползал ты по ним основательно. – Матросы с упрёком посмотрели на Уильяма, а кто-то даже прошептал: «Как не стыдно?». – Так вот, к чему это я, однажды твоя маманя попросила меня присмотреть за тобой, пока она сходит на базар. Видите ли, вся еда в доме закончилась. Я долго прикидывал, что лучше: отказаться от отцовского долга и сидеть без ужина или пересилить себя, но зато потом хорошо поесть. Я выбрал второе. А зря…Уильям, ты только не делай сейчас такое лицо. Я это всё говорю не потому, что не люблю тебя, просто я пытаюсь объяснить тебе, почему мне пришлось вас оставить.
- Хватит тут засусоливать! Уилл всё понимает, да, Уилл? – сказал Дэйви, покрепче сжав его ногу. У Уильяма не было выбора, и он одобрительно кивнул.
- Мистер Тёрнер, расскажите, что было дальше, – попросил я. Я вообще очень любил разные истории, к тому же, мне было ужасно любопытно, что вынудило мистера Билла покинуть семью.
- Ну что ж. Я свой выбор сделал. Как только жена вышла за порог, в доме начались бои местного значения. Ты, сынок, как обычно начал орать, как блаженный, и никаким способом невозможно было тебя заткнуть.  Потом стало ещё хуже: ты начал валяться по полу, дрыгать ногами и вопить, требуя чего-то непонятного. Я подумал, что ты голодный и вручил тебе бутылку.
- С молоком? – спросил Джек, желающий ещё раз лицезреть необычную реакцию Билла.
- В том-то и дело, что не с молоком. Я не посмотрел, что было в бутылке.  А в ней оказался  ром. – С этими словами Прихлоп виновато опустил голову. – Поняв, что я натворил, я пытался вырвать у тебя бутылку, но ты к ней основательно присосался.- Матросы одобрительно начали пихать Уильяма в бок со словами: «Наш человек ». – И вот, представляете, приходит жена и застаёт всю эту картину. – Все, включая меня, дружно ахнули. – Мне пришлось брать ситуацию  в свои руки. Я, конечно же, объяснил женушке, что оставить родного ребёнка на такого охламона, как я, было самым необдуманным  поступком в её жизни, и что хорошие родители так не делают. Я весь вечер упрекал жену в безответственности и невнимательности к любимому сыну. Она приняла это к сведению и тут же окрестила меня грубым и неотёсанным мужланом, которому ни до кого нет дела. И знаете что? Представьте себе, эта женщина заявила, что не желает иметь со мной ничего общего. – Последние слова Прихлопа привели всех в бешенство:
- Ты же этого не заслужил! – возмутился капитан Джек Воробей.
- Стерва, - проворчал Дэйви.
- Бессердечная гадюка. – сказал боцман с «Летучего голландца».
- А, по-моему, её тоже можно понять…- я искренне сочувствовал маме Уильяма.
- А, по-моему, кто-то сейчас договорится, – сказал Прихлоп.
- Но ведь, это вы не углядели за ребёнком! – восклицал я.
- Каждая мать должна знать, на кого она оставляет свое дитя. И, уж тем более, она ни в коем случае не должна лишать ребёнка отца,- к моему удивлению, это сказал Дэйви, затем он отпустил ногу Уильяма и шепнул ему:
- Иди и извинись перед отцом.
- Но…- пытался возразить Уилл.
- Я сказал – БЕГОМ! – Крикнул Дэйви и подтолкнул незадачливого юношу, так, что тот в один прыжок оказался на моей спине рядом с Биллом.
- Ты правда не оставил бы меня, если бы не произошло то событие. Скажи, мне важно это знать! – Прихлоп иронично ответил:
- Я и рад бы сказать, что мне ПРИШЛОСЬ бросить вас и стать пиратом, но только это не так, к чему тут лукавить. – Я с состраданием посмотрел в растерянные глаза Уильяма. Мне было очень жаль его. Неужели, его тоже никто не любит. Я просто обязан был проявить инициативу:
- Мистер Тёрнер, как вы можете? Это же ваш родной сын!
- Какая патетика. Уильям, не надо на меня смотреть, как таракан на тапок. Ну, не бросил бы я тебя. Я ж тебя хотел с собой прихватить, да эта стервоза не отдала.
- Папа…- голос Уильяма стал мягким и добрым, - прости меня за то, что я в тебе сомневался. – Прихлоп обнял его и покровительственным тоном молвил:
- Я прощаю тебя, сынок.

Глава 12

Приключения продолжаются

Я был несказанно рад за Прихлопа и его сына. Как приятно было осознание того, что два любящих друг друга человека снова вместе. Ещё я восхищался Дэйви, который помог им в этом.
- Капитан Джонс, вы – просто молодец! Оказывается, вы в душе очень добрый. – На лице Дэйви появилась нехорошая улыбка. А я в свою очередь пытался понять, что я такого сказал. Джек тоже решил вставить слово:
- А ты – добряк, Дэйви. – Нехорошая улыбка сменилась на зловещую ухмылку.
- Добряк, говоришь…Эй, матросня, верните-ка мне этого сынка на борт! – С палубы послышалось улюлюканье.  В считанные минуты бедный Уилл снова оказался на корабле.
- А теперь, господа хорошие, валите отсюда выполнять данное обещание! Ане то, пострадают невинные люди. – Дэйви кивнул в сторону Уильяма.
- Джонс, при всём уважении, но вы – сволочь! – крикнул Прихлоп.
- Сволочь – это состояние души, – заключил Дэйви и приказал отплывать.

Я был подавлен. Опять я стал жертвой свих глупых иллюзий. Прихлоп и Джек с досадой наблюдали за тем, как «Летучий голландец» скрылся из виду, полностью погрузившись под воду.
- Сволочь всё-таки, – проворчал Билл.

По подсчётам капитана Воробья, на Гаити мы должны были прибыть через два дня. В небе постепенно начали появляться первые звёзды. Я залюбовался ночным пейзажем, приподняв голову. Красотища-то, какая! Интересно, а, сколько же звёзд на небе? Отсюда они кажутся такими маленькими, в ведь на самом деле, они огромные. Кажется, вот, протяну щупальце, и схвачу одну из них. А нет – далеко, высоко. Я мог бы до бесконечности наблюдать за появлением на небосклоне всё новых и новых звёзд, но вдруг позади меня раздался оглушительный всплеск, а затем – абсолютно нелитературное оповещение о том, что Джек и Билл по моей неосторожности грохнулись в воду.
- Слушай, ущербный! Вот признайся честно, сколько раз тебя мамка в детстве уронила? – орал Джек, вскарабкиваясь на мою спину, и подавая руку Прихлопу, который тоже не был в восторге от происходящего:
- То, что чудесный Дэйви Джонс наделили меня способностью гулять по дну морскому, ещё не означает то, что меня надо туда отправлять всеми правдами и неправдами! – Пираты уселись на моей спине и дружно начали жаловаться друг другу на свою нелёгкую жизнь. Самым неприятным было то, что добрую половину всех неприятностей, по их словам, составлял я. Я чувствовал себя таким подавленным и неловким, что даже не знал, что на это ответить.
- Я так сожалею…
- Сожалей, сколько твоей гадкой душе угодно, а вот нам в мокрых шмотках ночью под промозглым ветром как-то теплее от этого не становится, - сказал капитан Воробей и поёжился.
- Мистер Тёрнер, ну хоть вы не злитесь! – взмолился я.
- А я и не злюсь. Я, вот, сейчас заболею и сдохну. И никакого Дэйви Джонса, никакого исполинского кальмара, никакого холода…
- Эй, Прихлоп, немедленно забудь о смерти. Ну, по крайней мере, пока мы сердце не найдём, - приказал Джек.
- А это уж, друг, не тебе решать.
- Ещё как, мне! Это приказ! Я – капитан Джек Воробей, смекаешь?
- Тогда слушай и запоминай. Я сдохну, когда захочу, понятно тебе?
- Ишь, какой хитренький! Он, значит, сдохнет, а мне – отдувайся! Ну, уж нет! – крикнул Джек и выразительно развёл руками.
- Да, ну, тебя в качелю!
- И тебе спокойной ночи, друг, - ядовито буркнул капитан Воробей.
На моей спине воцарилось затишье. Наверное, пираты уснули. Ну и хорошо. Отдохнут, подремлют, а то у нас впереди длинная и трудная дорога. Я продолжал свой путь, стараясь не слишком шумно грести щупальцами, чтобы не прервать сон моих друзей. Я и так им доставил массу хлопот. Если я их ещё и разбужу, то это будет просто свинством с моей стороны. А я всё-таки – приличный кальмар, а не какой-нибудь моветон.
Через некоторое время я почувствовал ужасную слабость. К тому же, у меня заболело горло. Потом мне стало очень жарко. Неужели я заболел? Только этого не хватало! Меня же Билл с Джеком  утопят в собственных соплях. Я еле-еле перебирал щупальцами, а затем непроизвольно опустил их.
- Аааааапчхи! – точно, я простудился. Только бы  мои друзья об этом не догадались. Почувствовав, что кто-то, в количестве двух человек, сваливается с моей спины, я приготовился снова прослушать антологию всех бранных слов за всю историю их существования. И, судя по тем проклятьям, которые на меня обрушились, не зря готовился. Из сказанного пиратами, я уяснил, что те слова, которыми они честили меня раньше – это далеко не всё,  на что способен их богатейший  лексикон. Спустя энное количество минут, Джек и Билл, уже в который раз  с разъярённым видом влезали на мою спину. Как только они достигли её, то ругань прекратилась.
- Вот ведь, зараза! Минутку, а с каких это пор ты чихаешь? – забеспокоился капитан Воробей. Он беспокоится. Как это мило…
- Ну…я…это…ну просто так. – Я изо всех сил пытался принять здоровый вид.
- Если просто, то завязывай – крикнул Джек. На моей спине снова стало тихо. А мне снова стало жарко, вдобавок, я начал дрожать. Мне ничего не оставалось делать, как безвольно болтать щупальцами, погрузив их в морскую воду. Видимо, это не могло остаться незамеченным.
- Я, вот, не пойму, ты лёг в дрейф или ты просто лёг? – спросил мистер Тёрнер. Затем потрепал меня за щупальце и тут же заявил:
- Что-то с тобой не то…- на что капитан Воробей ответил:
- Тоже мне, новость! – но вскоре проговорил:
- И в правду, что-то не то. Ты какой-то подозрительно тёплый. Перегрелся что ли, под луной?
- Джек, он дрожит, - сказал Прихлоп.
- Может, нас боится? – спросил Джек. – Эй, ты там как? – Сознанием я понимал, что вопрос был адресован мне. Но ответил я не сразу, поскольку плохо воспринимал окружающую действительность.
- Со мной всё хорошо. Аааааапчхи! – К счастью, пираты смогли удержаться на моей спине. Я по возможности пытался создать видимость движения, но похоже, у меня это не получилось.
- Кракен, что, чёрт возьми, происходит? – задал вопрос Джек.
- Ааааапчхи! – только и смог ответить я.
- Достойный ответ, – констатировал Билл, а затем добавил:
- Джек, видимо, у нас непредвиденное воспаление кальмара.
- Похоже на то, - вздохнул капитан Воробей.
- До Гаити он не доплывёт. Надо что-то делать, - сказал Прихлоп. Джек высказал предложение пришвартоваться на ближайшем населённом острове.
Пираты говорили мне что-то ещё, но я как ни старался, не смог ничего уловить. Мне казалось, что всё погрузилось в туман. Капитан Воробей и мистер Тёрнер спрыгнули с моей спины и тут же хором крикнули:
- Не боись, ты тут не причём! – затем они  потянули меня за щупальца. Крепко ухватившись за них, флибустьеры начали плыть в каком-то неизвестном мне направлении, утягивая меня за собой.
Какие же они хорошие. Они же меня буквально на собственном горбу тянут, и не знают, какие же они хорошие. Им сейчас, наверняка очень тяжело, но ни один из них ни проронил  сейчас ни одного плохого слова в мой адрес. Аааааааааапчхи!



Глава 13

Люди добрые

Когда я проснулся, было уже утро. Хотя ни восходящее солнце, ни пальмы меня не радовали.  Горло невыносимо болело, и к тому же, у меня обнаружился жуткий насморк.
- Джеееек, - хрипло позвал я, но никто не откликнулся.
- Мистер Тёрнеееер, - и снова ответа не последовало. Похоже, что меня бросили умирать на каком-нибудь необитаемом острове. Как они могли? Нет, этого не может быть! Как же так? Они же мои друзья,  им бы совесть не позволила оставить меня на произвол судьбы…
Я попытался пошевелить щупальцами, и тут же заметил, что я нахожусь под одеялом. Интересно, откуда взялось такое большое одеяло, как раз по моему размеру? Я рассмотрел его поближе. Оказалось, что одеяло представляло из себя немалое количество пледов, простыней и прочих текстильных изделий,  неровно сшитых между собой. Неужели, Билл и Джек смастерили его для меня. Теперь-то я точно знал, что я не покинут, и что друзья скоро вернуться за мной.
И действительно, не прошло и двух часов, как из леса показались две знакомые фигуры, которые тащили какую-то тележку, полную всякого добра.
- С добрым утром, больной, - поприветствовал меня Джек.
- Как ваше самочувствие? – спросил  Прихлоп. Не возможно описать то, что я тогда почувствовал. Им, правда, интересно, как я себя чувствую. Я им не безразличен.
- Всё хорошо, спасибо, - ответил я и добавил:
- И спасибо вам за одеяло. Оно такое тёплое и мягкое… - меня перебил Джек:
- Ага, только они не совсем профессионально сшито, мы с Билли всё-таки не сёстры-белошвейки.
- Вы сами его сшили? Для меня? – я не знал, что и сказать. Это самые лучшие пираты в мире.
- Да, на нас вся деревня смотреть приходила. Не каждый день увидишь двух пиратов, которые сосредоточенно  сшивают между собой всё, что обладает покровным свойством.
- Аааааапчхи! – ответил я и захлюпал носом.
- Значит так, гигантского носового платка мы нигде не нашли, но зато мы принесли тебе носовой парус. На, утрись, сопливый, - сказал Джек и протянул мне большущий кусок ткани.
- Ещё мы тебе пять литров варенья привезли и бочку горячего чая. – Я сердечно поблагодарил друзей, высморкался, а затем приступил к поглощению варенья. Ммммм…Клубничное…Моё любимое…Как же я давно его не ел, ещё с тех самых пор, когда Дэйви  подарил мне на День рождения шлюпку контрабандистов-кондитеров.
- Эй, у тебя щупальца-то не слипнуться? – весело спросил мистер Тёрнер.
- Ты хоть чайком запил бы. Зря мы, что ли его  через весь лес тащили? – Я отхлебнул чаю. Мммм…Клубничный…Мой любимый. Стоп. Это я, кажется,  чай с вареньем  перепутал.  По ходу моего приёма пищи, я поинтересовался:
- Стало быть, это  местные жители помогли меня лечить?
- Не, это наши пистолеты помогли НАМ в том, чтобы убедить местных жителей лечить тебя, смекаешь? – разъяснил капитан Воробей.
- Вот сейчас, например, они, как миленькие, коллективно вяжут гигантский шарф, - довольно рассказал мистер Тёрнер.
- Для меня?
- Для нас, друг, для нас. Пистолеты то наши. А уж мы любезно подарим его тебе.
- Ой, спасибо. Я так рад. – Момент радости пришлось отложить на неопределённое время, поскольку Джек поспешил напомнить:
- Завтра на рассвете нам срочно нужно отплывать. А не то пострадают невинные люди, - Джек передразнил Дэйви. – Мы и так уже чёрт знает, сколько тянем резину в долгий ящик. Что мы Джонсу то скажем, если он ещё раз на пути встретится? – спросил капитан Воробей и три раза сплюнул через левое плечо.
- Так и скажем, что, мол, так и так, кальмар захворал., а значит – перебои с транспортом. Что ж тут такого? – объяснил Прихлоп.
- Ладно, значит, на рассвете отплывём. Слушай, где эти текстильщики чёртовы. Сказано же было, шарф – первично, а посторонние дела – вторично! Так какого рожна, они там возятся?
- Ну, может, они стараются, может, они вообще решили его в полосочку связать или в крапинку, - предположил я. Прихлоп прищурился и ответил:
- Вон, бегут, бедненькие. Сейчас им будет и полосочка и крапинка. – Группа местных жителей неуверенно просеменила к пиратам, которые вольготно расселись вокруг костра. Один, самый смелый, подошёл к ним и трясущимися руками вручил шарф. Пираты вырвали вещицу у него из рук и быстро обмотали её вокруг моей шеи. Хороший шарф…Синенький…Жители, глядя на всё это, переминались с ноги на ногу, стараясь быть как можно незаметнее. Капитан Воробей, проявил благородство:
- Все свободны, спасибо. – Бедолагам не пришлось повторять дважды. Через несколько секунд рядом с нами не осталось ничего, что могло бы напомнить нам об их присутствии.
- Точно корова языком слизала. Нам бы так бегать. Никакой Дэйви Джонс бы не догнал, - размечтался Прихлоп.
- Да уж, они нас надолго запомнят. Кстати, надо бы у них чего-нибудь похавать  попросить, - снова заговорил мистер Тёрнер.
- Эй, люююююююди! – позвал капитан Воробей. На этот крик сбежалась, наверное, вся деревня. Лица их были озадаченны, и в то же время напуганы и растерянны.
- Не дайте бедным морякам помереть с голоду, помогите, кто чем может, - причитал Джек, крутя в руке пистолет. Билл в это время углядел среди них самого главного и отвёл его в сторонку. Из их разговора я расслышал только слова Прихлопа:
- …Да, грабим, да, нападаем, да, пиратствуем, но мы же тоже люди, нам же жить на что-то надо, кушать то хочется. – Мне показалось, что эта фраза оправдывала не только их с Джеком, но и всех пиратов в целом.

Глава 14

Многообразие целей

Народ начал расходиться. Мои друзья изъявили желание осмотреть местные достопримечательности с целью окончательно  поднять себе настроение и испоганить его местным жителям. Я, в свою очередь выпил горячего чаю и уснул…

В море мне разрешили выходить только в шарфе. Я долго пытался убедить пиратов, что шарф всё равно намокнет и толку от него не будет, а они гнули своё:
- Плаваешь – душа нараспашку! Вот и сопли теперь развесил! Так что, плыви в шарфе и не возникай! – Я расценил это, как беспокойство за моё здоровье и отчалил от берега вместе с мистером Тёрнером и Джеком.
Вот теперь-то уж точно мы плывём на Гаити.  Вдруг я вспомнил одну очень важную вещь.
- Джек,  пока вы изучали культуру этого острова, ко мне приходила одна девушка, красивая такая и очень вежливая.  Она сказала, что у меня жар и была столь добра, что поливала меня водой, чтобы я не сжарился…Она такая милая…
- И…,- перебил Джек.
- Ну, так вот, она попросила, чтобы я присмотрел за тобой, пока ты будешь на Гаити. Она сказала, что там гирлянды, море и пляж. А ещё – что там много всяких девок, - Джек снова перебил:
- Я, кажется, догадываюсь, о ком ты...,- Билл хмыкнул и толкнул капитана Воробья в бок.
- Эта прелестная девушка очень беспокоилась о том, что ты можешь переборщить с ромом, и тебя некому будет привести в чувство. Но я обещал ей, что этого не случится!
- Всё, теперь ясно..., - довольно отозвался Джек.
- И что же это за миловидная особа? – поинтересовался Прихлоп.
- Да, кто эта милая девушка?
- Это племянница моя, - добрейшей души человек…
- Ну-ка, ну-ка, поподробнее, - сказал Билл.
- Размечтался! Она – девушка-загадка…, - задумчиво проговорил Воробей.
- Стало быть – Неизвестная Племянница Капитана? – спросил мистер Тёрнер.
- Именно, дружище, - Постепенно на горизонте стала видна земля. Гаити…
Я пришвартовался на берегу. Красивый остров.  Растительность радовала разнообразием. Пираты спрыгнули с моей спины. Капитан Воробей объяснил  мне план действий:
- Значит так, господа хорошие! Мы с Билли  находим резиденцию этого Беккета, потом находим самого Беккета и тащим этого хапугу к тебе на растерзание. – Я был не совсем доволен тем, что мне придётся выполнять карательную функцию:
- На растерзание?
- Ну, э…растерзание мы отменим, если любезный лорд отдаст нам то, что нам нужно, смекаешь? – Прихлоп в это время старательно водил пером по большому листу бумаги. Джек повернулся к нему и крикнул:
- Билл, впиши ещё бушель яблок!
- На кой чёрт тебе сдался бушель яблок? Барбосу что ли поминать собрался?
- Не, просто – пригодятся…а ещё не забудь ша…пша..тьфу…чёрт бы побрал этих французов! Шам-пан-ско-е – во!- Прихлоп покрутил у веска, видимо намекая на то, что у Джека не всё в порядке с головой. Джек же снова повернулся ко мне и продолжал:
- Так вот,  если Беккет не даст нам то, что нам нужно, то ты прикинешься ужасным монстром.
- Но я же добрый кальмар! – с негодованием сказал я.
- Да-да, я знаю, но это для виду, для спасения невинных душ, смекаешь?  Просто, скорчи такую же рожу, какая у тебя была тогда, когда мы впервые…э…встретились. – Капитан Воробей  опять повернулся к мистеру Тёрнеру и глянул на лист в его руках:
- Скажи-ка мне, друг, а зачем тебе зеркало? – спросил капитан и усмехнулся.
- А я его Дэйви Джонсу подарю, пускай любуется, - ответил Билл.
- Что вы там в пишите?
- Как что? Это список того, что нам нужно от лорда, - серьёзно ответил Прихлоп.
- Но мы же прибыли сюда за сердцем Дэйви! – возмутился я. Пираты уставились друг на друга, а затем хором закричали:
- Точно!
-  Сердце-то впиши, а то мы что-то всё о себе, да о себе, - заботливо проговорил Джек.
Какие же они забывчивые. Ну, нельзя же так. Как-то несерьёзно они подходят к делу. Этими мыслями я и проводил  друзей вглубь острова, а сам стал любоваться природой.. Как же тут красиво…Пальмы такие стройные. Небо такое лазурное…Хоть бы лорд Беккет понял, что он должен непременно вернуть сердце потому, что так должны поступать все порядочные люди, в руки которых попадает чужая вещь. Интересно, а как там поживает Дэйви? Надеюсь, что у него всё хорошо. Когда я вернусь домой, я обязательно расскажу ему о наших приключениях и о том, какие замечательные люди – Джек Воробей и Билл Тёрнер. Он, конечно же сделает вид, что ему это неинтересно, но я всё равно ему расскажу. Я всегда  ему всё рассказывал, а он всегда давал мне совет по поводу того, куда мне нужно было пойти. Маршрут зависел непосредственно от ситуации или от настроения Дэйви.  Время близилось к обеду. Мне очень хотелось есть. Скорее бы уже лорда привели. Ой, что это я такое думаю! Какой ужас, как мне не стыдно! Но как же кушать-то хочется…Где же еда, то есть лорд?

От автора (скажем так, лирическое отступление):

- Аллё?
- Это Гелла, которая Лилит?
- Да, а  с кем имею честь?
- Я – Дэйви Джонс, слышала такого?
- Э…ну…а каким образом…
- Образом Морского Дьявола! «История одного кальмара» - это твоих рук дело?
- Ну, да, а что?
- А вот что: если будешь и дальше про меня всякие гадости сочинять, то я тебя вместе с клавиатурой на «Летучий голландец» поселю!
- Эй, не злитесь. Давайте разберём всё по порядку: где именно вы углядели гадость в свой адрес?
- Я не собираюсь сейчас ничего цитировать. Просто предупреждаю: если я ещё раз увижу, что ты напечатала рядом имя «Дэйви Джонс» и слово «добрый», то я твоему любимому Прихлопу отпуск не дам, зарплату урежу, и ром за вредность выдавать перестану, поняла?
- Но я же, как лучше хотела…
- Я – злой дух моря! Злой, понимаешь ты это! Я – злой, вот!
- Хорошо-хорошо, я поняла.
- Вот и ладненько. Слушай, а у тебя  случаем, нету номера мобилы Воробья?
- Э…а он у него вообще есть?
- Есть-есть, он недавно себе трубу купил. Мне его найти надо, а  то он мне должен кое-что.
- Неужели, опять душу?
- Не, он у меня полтинник на пиво стрельнул и не отдаёт, паршивец.
- А вы у Билла его номер спросите, он должен знать…
- Придётся спросить. Ну ладно, я пошёл со своей корабельной мертвечиной разбираться.
- Опять будите над ними издеваться?
- А вот и не фига!  У нас просто сегодня инвентаризация душ.
- А,  тогда удачи вам.
- Ну всё, счастливо оставаться, а то у меня тут под водой плохо ловит.
- Подождите, а откуда вы мой номер узнали и вообще, весь этот разговор не может быть реальным!
- Ещё раз напоминаю, я – Морской Дьявол! Я – всемогущий! Так что, всего хорошего.
- И вам не болеть…

P.S.  Премного извиняюсь за предоставленный маразм.  Вот, собственно то, ради чего я выжимаю все соки из клавиатуры:

Глава 15

Нехороший человек

Каждый приличный кальмар должен думать о людях, каждый приличный кальмар должен думать о людях. Каждый приличный кальмар должен думать о людях. О людях! Не о еде – о людях! Мне просто необходимо было что-нибудь съесть. Только я собрался ползти на поиски еды, как увидел, что  ко мне приближались мои друзья, волоча за собой какого-то человека, который ругался так, что у меня щупальца завяли. Пираты бросили того человека на землю, предварительно отвесив ему пару-тройку пинков и приговаривая:
- Получай, падла ост-индийская, будешь знать, как чужое добро тырить! – Из сказанного следовало, что предо мной валялся лорд Беккет. Джек поднял его с земли и встряхнул, так, что тот замычал что-то про мерзких пиратов.
- Знакомьтесь, лорд, это – Кракен, самое грозное морское чудовище. – Прихлоп выжидающе глядел на меня, ожидая с моей стороны полного вхождения в образ самого грозного морского чудовища. Я скорчил рожу и сказал первое, что пришло в голову:
- Э…пасть порву, - а затем и вовсе не смог произнести ничего кроме:
- Ааааапчхиииии! – Эффект был выше ожидаемого. Вывихнутые ноги лорда тут же подкосились, а сам лорд отлетел на приличное расстояние, миновав пустынную часть берега. Свой полёт он закончил на том, что врезался в пальму и тут же грохнулся на песок, не справившись с силой тяготения.  Пираты тоже рухнули на землю, но абсолютно по другой причине. Они валялись и хохотали, утирая слёзы. Затем, видимо вспомнив, с какой целью они привели Беккета, кое-как поднялись и подхватив последнего под руки, снова поволокли на его исходное местонахождение.
- Ну, что? Будем сердце отдавать или ещё полетаем? – ехидно спросил Джек.
- Я не заключаю сделок с пиратами, - твёрдо ответил лорд. Странно, я бы после такого, наверное, согласился бы на всё. Надо же, какой упрямый попался.
- Прихлоп, ты слышал? Он не заключает сделок с пиратами, - картинно возмущаясь, проговорил Джек. Мистер Тёрнер  подошёл к лорду и поинтересовался:
- А где ты тут про сделку услыхал, скот? Тебя просто предупреждают, что если ты не проявишь честность и благородство по отношению к нам, то мы проявим зверство и жестокость по отношению к тебе! Говори, где сердце?
- Нет, - Беккет по-прежнему был неумолим. Хотя, собственно, его никто и не умолял, но он не изменил своим принципам.  Пираты сначала монотонно пинали его из стороны в сторону, затем  пару-тройку раз стукнули его головой об пальму, а потом привязали к той же пальме и принялись состязаться в остроумии, применяя ранее невиданные для меня средства выразительности языка. После подобной игры «в слова», они перешли к прямым угрозам, вольготно усевшись по обе стороны от лорда, который вопреки всем стараниям пиратов, всё ещё дрыгался и оказывал сопротивление.
- Значит так, дорогой лорд. Если ваша милость не вернёт нам то, что мы просим, то мы собственноручно вспорем вам брюхо!
- А потом вытащим ваши кишки и намотаем на вашу собственную шею.
- А затем прибьём гвоздями к вашей глотке.
- И пропустим через то место, которым вы в данный момент думаете, - мне стало жутко. Неужели они на это способны? Я услышал сдавленный голос лорда:
- Мне нужны гарантии, - Джек ухмыльнулся и со всей силы врезал лорду по зубам:
- Какие такие гарантии, а, солнышко ты, наше ясное?
- Гарантии, что вы не убьёте меня сразу после того, как я отдам вам сердце Джонса, - пираты задумались. В последнее время они редко это делали. Значит что-то серьёзное. Вдруг развесёлый Прихлоп предложил:
- А давайте, я вам невесту своего сына в залог оставлю. Эта почтенная дамочка проживает в Порт-Рояле в хоромах губернатора. Так, что забирайте на время…может вам сгодится…
- Невесту РОДНОГО сына? В залог? Ради Дэйви Джонса?
- Я же пират, забыл что ли?
- Ладно, по рукам.
- А может лучше по зубам? – весело спросил Капитан Воробей.
- Или по мозгам, - добавил Билл.

Пираты отвязали в прошлом непреклонного лорда и поволокли в сторону его дома.  По словам Беккета, сердце находилось там.
Через некоторое время, они вернулись, зачем-то снова притащив с собой уже прибывавшего без сознания лорда.  Так же, они принесли большой сундук, украшенный драгоценными камнями. Это, наверное, самая сверкающая вещь из всех, которые я видел. Флибустьеры уселись на песок, и, открыв сундук, начали потрошить всё его содержимое, очевидно, оценивая добычу.
- Так-с…что тут у нас,. Проведём ревизию вещей, реквизированных у главы Ост-Индийской торговой компании,- сказал капитан Воробей и запустил руку в сундук.
- Ага, золотишко…,- довольно проговорил он.
- Каперское свидетельство, - в том же тоне сказал Билл.
- А что это такое? – поинтересовался я.
- Понимаешь ли, Кракен, эта такая штука, которая даёт тебе разрешение делать то, чем ты и без разрешения прекрасно занимаешься, - объяснил Прихлоп.
- О, тут ещё яблоки есть, хочешь? – спросил Джек и бросил Прихлопу одно.
- Эх, давай уж, Барбосу помянем…
- Ага, по матери, по отцу и прочим дальним родственникам, - согласился Джек, доставая бутылку  «Шампанского» всё из того же сундука. После торжественного распития  содержимого той бутылки, пираты заключили, что сей напиток – это шипучая, мерзкая французская бормотуха. Позже, они снова принялись за просмотр трофеев. Я всё ждал, когда уже будет сердце, но его мне показывать не спешили, и я был вынужден спросить сам:
- Ребята, а сердце-то удалось взять? – Капитан Воробей и мистер Тёрнер с растерянностью посмотрели друг на друга, а затем создалось такое впечатление, что их обоих шарахнула молния.
- Точно! Я ж, прям, чувствовал, что мы что-то забыли!
- Эй, лорд, добро пожаловать в реальный мир обратно! – крикнул Билл и схватил лорда за ворот рубахи, не переставая трясти его из стороны в сторону, пока Джек вовсю хлестал беднягу по лицу. Мне, правда было его жалко. Ведь каждый человек имеет право на ошибку. Что ж ему теперь, всю жизнь теперь страдать от рук моих взбесившихся друзей.
- Прекратите это издевательство, ему и так от вас досталось! – Пираты к моему удивлению послушались. И, сграбастав лорда, снова потопали к его жилищу.
Приблизительно через полчаса они вернулись. Душа моя успокоилась так, как сердце было благополучно помещено в сундук. Я был так рад, что мы сможем обрадовать Дэйви. Он ведь, наверняка нас уже ждёт. Билл и Джек тоже были весьма довольны…собой.
- Слушай, Прихлоп, какие же мы с тобой молодцы, а?
- Определённо. Воровство должно быть наказано.
- Да, за всё в этом мире воздаётся. – Я не верил своим ушам:
- Как? Вы же только что сами ограбили лорда! – Прихлоп тут же парировал:
- Мы его не грабили, мы лишь взяли то, что он натырил у честных граждан.
- Хотите сказать, что грабить награбленное – это хорошо?
- Ну…в принципе, в этом нет ничего зазорного, - ответил капитан Воробей. Меня охватила паника, преходящая в ледяной ужас:
- Так вы…вы…вы – коммунисты? – Пираты тут же резко поднялись на ноги, сплюнули через левое плечо по три раза, приговаривая:
- Чур меня, чур!
Убедившись, что мои опасения были напрасны, я со спокойной душой улёгся спать, свернувшись в кренделёк.

Глава 16

Как тесен мир

Мне снился Дэйви. Как же я по нему соскучился. Мы ещё никогда не расставались так надолго. Как только я отплывал слишком далеко, то он тут же загонял меня обратно, а сейчас…Мне кажется, что мы не виделись целую вечность. А я так привык к тому, что он обо мне заботится оберегает меня. Он мне, как отец.
Разбудил меня сонный голос капитана Воробья:
- Кракен, хватит берег плющить, пора вставать. – Я открыл глаза и увидел, что пираты вешали над костром какую-то миску.
- Доброе утро, а что это вы делаете? – поинтересовался я.
- Мы кофе варим, - меня это несколько удивило. Обычно они предпочитали чего-нибудь покрепче.
- С чего это вдруг? – спросил я.
- Ром кончился, - меланхолично ответил Прихлоп.
- И всё-таки, куда же этот ром так быстро исчезает? – с досадой вопрошал Джек.
Я решил сменить тему:
- А мне сон хороший приснился, - радостно сказал я, - Там был Дэйви, - Джек отодвинулся от меня и проговорил:
- Ой, а мне тоже такой замечательный сон снился. Там НЕ БЫЛО Дэйви, - я слегка огорчился, что капитан Воробей такой злопамятный.
- А вам что снилось, мистер Тёрнер, - Прихлоп заулыбался и начал рассказывать:
- Снилось мне, что мы на каком-то дивном острове. Там было много-много пальм, так много, что даже трудно было между ними пройти. Ещё очень ярко светили две луны. Джек сидел на песке и складывал пирамиду из пустых бутылок, а  мне это строение жутко не нравилось, поэтому, я каждый раз  пытался её раздраконить. Потом мы плясали вокруг костра и распевали «Страсти Билли Бонса». Кстати, там тоже НЕ БЫЛО Дэйви.
- Ух, ты! У вас богатое воображение, - отметил я.
- Да уж,  особенно мне про две луны понравилось, - подтвердил Джек, - Это что ж получается, ты и во сне назюзюкиваешься?
- Зависть – плохое чувство, Джек, - ответил довольный мистер Тёрнер.

Вскоре мы отплыли, и Гаити постепенно начал удаляться из поля зрения.  Капитан Воробей торжественно вручил мне в щупальце флагшток, над которым гордо реял чёрный флаг с черепом и с двумя абордажными саблями, расположенными крест на крест. Мне это не очень понравилось.
- Я совершенно не понимаю, для чего нужен такой мрачный флаг? Неужели нельзя было выбрать какой-нибудь весёленький? – У Джека уже был готов ответ:
- Я абсолютно с тобой согласен, поэтому флаг называется «Весёлый Роджер», - Прихлоп поспешно добавил:
- Так что, обхохочешься, - Я успокоился. В конце концов, они же не собираются нападать  на кого-нибудь. Вдруг я увидел, что  к нам приближается какое-то судно.
- А это что ещё за твою мать? – выругался Прихлоп.
- Вот сейчас и узнаем, - спокойно ответил Джек, - Такс...кораблик знакомый…Что там у нас на борту написано? Ага, «Разящий». Чтооооо? «Разящий»? – Я так и понял, почему Джек так удивился, по этому поспешил узнать причину его удивления:
- Этот корабль вам что-то напоминает?
- Он напоминает мне о командоре Норрингтоне! Это тот самый тип, который спёр сердце на острове креста, я ж рассказывал! – раздражённо проговорил капитан Воробей.
- Отлично, только командоров нам для счастья и не хватало, - заметил Билл.
«Разящий» подошёл ближе и поравнялся с нами. Я поднял голову и увидел человека в белом парике, который при виде нас скорчил такую физиономию, словно  увидал Барбосу в розовом сарафанчике…Стоп. Что ещё за Барбоса? Я, вроде, такого не знаю…Хм…странно.
Командор Норрингтон выглядел очень интеллигентно, мне даже показалось, что мнение Джека о нём весьма ошибочное.
- Кого я вижу? Командор, какая встреча, - паясничал капитан Воробей.
- Я тоже очень рад тебя видеть, Джек, - молвил командор, расплываясь в ехидной улыбке.
- Капитан Джек, - поправил Воробей.
- Далеко собрался, капитан?
- Не дальше, того места, куда тебе бы не мешало пойти! – пробубнил явно недовольный Джек. – Чего тебе надо?
- Мне нужен сундук с сердцем, - спокойно ответил Норрингтон. Какая наглость, возмутительно. Прихлоп, видимо был со мной солидарен, поэтому прокричал:
- Эй, парень, а борзометр тебе не подправить, а?
- Ваше лицо мне знакомо, - задумался командор.
- А ваше – кирпича просит, - проворчал Билл, - Но если так интересно, то я  - Билл Тёрнер. – Командор удивлённо уставился на мистера Тёрнера. Разве они знакомы? Джек с вниманием смотрел то на одного то на другого, а потом шепнул Биллу:
- Этот командор точит зуб на твоего сыночка за то, что тот увёл у него  крошку Лиззи. – Прихлоп понимающе кивнул и обратился к Норрингтону:
- Итак, вы знакомы с моим сыном, верно?  У вас с ним разногласия по поводу мисс Элизабетты. Но я на неё не претендую, у меня своя  ведьма  есть, - объяснил Прихлоп.
- Мистер Тёрнер, я не собираюсь обсуждать с вами мою личную жизнь. Мне нужен сундук. Отдайте его по-хорошему, - Я решил, что пришло моё время вмешаться:
- Скажите, командор, а для чего вам нужен сундук? Может, мы могли бы вам помочь не отдавая его вам, а то нам он просто необходим. Поверьте, у нас благородная миссия. – Командор улыбнулся и начал говорить уже более любезным тоном:
- Я  передал сердце Дэйви Джонса лорду Беккет взамен на помилование и возвращение на службу британской короне. А поскольку, у лорда его больше нет, то и меня могут спокойно лишить всех прав и привилегий, - Я внимательно слушал и соображал, что можно сделать. Что ж, я рискнул:
- Командор, я вижу, вы не в восторге от Карибского моря и его обитателей. Почему бы вам не совершить путешествие по другим морям. Не упустите возможность побывать в разных странах. Вы могли бы плавать там, где ни Беккет, ни британская корона, ни всякие губернаторы не будут вам приказывать. Плывите же навстречу свободе, а мы переждём где-нибудь, и отдадим сердце Дэйви через некоторое время, пока вы не окажитесь далеко от  своих недоброжелателей. Беккет, ведь пока нас ищет. А как только сердце окажется у Дэйви, то лорд примется за вас, но вы уже будите далеко. Как вам такое предложение? – Джек и Билл уставились на меня с нескрываемым удивлением, а командор задумался., а затем неуверенно спросил:
- А как я могу быть уверен, что вы не обманите? – Тут же ответил Прихлоп:
- А давайте, я вам невесту своего сына в залог оставлю…ой, эт не то, ну-в-общем, даём тебе честное флибустьерское слово, что  ты встретишь свою свободу раньше, чем мы отвоюем свою…
- Смекаешь? – довольно спросил капитан Воробей.
- Согласен, но благодарите своего кальмара, он умнее вас всех вместе взятых,. Прощайте. Удача при мне. Эх, налить всем по чарке! – крикнул командор. Капитан Воробей начал возмущённо прыгать на моей спине и орать во всё горло:
- Эй, это моя фраза,  не смей красть мои фразы! Плагиатор!
- Пошёл к чертям, Воробей! – услышали мы с борта удаляющегося корабля.

От автора ( снова лирическое отступление):

3 часа ночи:

- Аллё?
- Это Гелла, которая Лилит?
- Да, это я.
- А это я.
- Кто «я»?
- Ты, полагаю, что Гелла, которая Лилит
- Я в курсе! Тьфу, Джек, это ты, что ли?
- Капитан Джек, цыпа.
-  А скажите, капитан, а какого Мефистофеля вы названиваете мне в три часа ночи?
- А я по важному делу. Ты зачем, поганка, Дэйви Джонсу мой номер мобилы дала?
- Это не я. Я вообще не знала, что у тебя таковая имеется.
- Вот чёрт! Он меня теперь СМСками забрасывает, житья от них уже нет!
- Что пишет?
- Да, я ж имел глупость у этого злодея полтинник в займы взять на пиво. Так он мне теперь «Чёрную метку» шлёт, зараза!  Ещё и Прихлоп, негодник, по мозгам елозит!
- А Билли то там причём?
- Представь себе, заявился ко мне на корабль, будучи в изрядно поддатом состоянии и давай чушь нести: «Срок вышел, Джек. Он уже рыщёт. Им движет непреодолимое желание сожрать обладателя «Чёрной метки»». Ну и каково мне, здравомыслящему человеку слушать эту ахинею, причём уже не в первый раз? Передай ему, чтобы в следующий раз хотя бы с бутылкой приходил.
- Передам, как только их милость вернётся с работы. А то у них там, на «Летучем голландце» инвентаризация душ. Так что, он сегодня в ночную смену.
- Эх, пойду тоже к ним в ночную смену поработаю. А то мне что-то прям, поработать захотелось.  Налить всем по чарке!
- Спокойной ночи, капитан Воробей.
- Чего и вам желаю, любезный автор.

P.S. Вот так вот ночи и коротаю…А днём ходя наемся, стоя высплюсь. 
А теперь – результат подобного образа жизни.

Глава 17

Тайная сила Барбоссы

- Вот это да! – поражался мистер Тёрнер, глядя в след уходящему кораблю,  с борта которого только что полетел белоснежный парик командора, - Совсем беднягу приштырило.
- А ты что думал?  Из таких «пай-мальчиков» как правило и получаются самые одержимые маньяки, - сказал капитан Воробей и разлёгся на моей спине, чем вызвал явное недовольство Прихлопа:
- Эй, ты тут, конечно, замечательно рассредоточился, но всё же – двинься! – Джек сделал вид, что обиделся:
- Ах, так! Я, можно сказать, пахал всё это время, а теперь мне даже и отдохнуть нельзя, да? Ещё друг, называется!
- Пахарь ты наш спартанский, обрати свое внимание на то, что не один ты пахал!
- Всё! Не тикай! Джек спит! – пробурчал капитан и повернулся на левый бок.
- Ну спи-спи, работничек, - с сарказмом пожелал Билл и позвал меня:
- Кракен!
- Я вас слушаю, - отозвался я.
- А мы правда что ли где-то кантоваться будем, пока этот Норрингтон не слиняет в дальние края?
- Придётся, я же дал честное слово. Я, как всякий уважающий себя кальмар, должен своё слово держать, - вдруг послышалось сонноё ворчание Джека:
- Лучше бы Прихлоп ему Лизи в залог оставил.
- Да спи ты, - шикнул на него мистер Тёрнер.
- Да иди ты, - ответил капитан Воробей.
Я в свою очередь был озадачен вопросом: что бы на это сказал Барбосса? Надо же…Я ж даже не знаю, кто это такой, но я чувствую, что именно его мнение для меня становится очень важным.
- Итак, джентльмены, где мы будем коротать время, чтобы дать любезному командору возможность окончательно свихнуться от предоставленной свободы?
- Мне что-то ничего в голову не идёт, - сказал Прихлоп.
- У меня тоже идей нет, - с сожалением сказал я. И тут мне в голову пришла идея: может надо спросить у Барбоссы? Только вот, кто это такой, этот Барбосса? Нет, лучше оставить эту мысль до лучших времён. 
- Я знаю, что надо делать! – радостно воскликнул капитан и добавил, - Надо выпить!
- О, как я раньше об этом не подумал! – обрадовался мистер Тёрнер. Тут же на моей спине было совершено распитие порядочного количества рома. Что способствовало появлению свежих, но нездоровых идей:
- Билли, а давай махнём Турцию, - заорал Джек.
- Не, у них сервис поганый, давай лучше в Россию?
- Ну уж нет, спасибо! Я там один раз был, так меня там чем-то напоили, куда-то затолкали, водой окатили, да ещё и отметелили каким-то веником. Больше мне туда что-то не хочется. – Обсудив ещё парочку подобных предложений, пираты пришли к выводу, что неплохо бы ещё выпить. Это по их мнению способствовало увеличению коэффициента сообразительности. Вдруг Джек запрыгал на моей спине и, лихо отплясывая, выдал:
- Курс на Остров Сокровищ! – и тут же грохнулся на рядом сидящего мистера Тёрнера, который, оттолкнув его в другой конец моей спины, сказал:
- Может, не стоит?  Пребывание на этом острове само по себе поставит пред нами массу невыполнимых задач. А именно: переврать Джона Сильвера, не попасться на глаза Слепому Пью, который с видом ничего не видящего бедняжки обшарит все твои карманы, и наконец – миссия невыполнима – перепить капитана Флинта. А это, как ты знаешь, практически невозможно.
- А без этого никак? – жалобно спросил капитан Джек.
- Никак, иначе они нас на остров не пустят.
- Вот ведь, негодники. Интересно, а что об этом думает Барбосса? Ой, а это ещё что такое? – Надо же, с Джеком это тоже бывает…
- Так, куда плывём-то? – спросил Прихлоп.
- Э…так…слушай, а у меня ведь мой компас есть, он как раз указывает на то место, куда больше всего хочется, - сказал Джек и достал компас. Прихлоп же отнёсся к этому скептически:
- Местонахождение Тартуги я и без компаса знаю, но нам туда не надо.
- Почему? – спросил капитан, делая жалобное лицо.
- Потому, что Джонс наверняка уже рыщет. Тебе охота, чтобы он обнаружил твою «Жемчужину»?
- Вот зараза! – выругался Джек, - Билл, а может, ты попробуешь, - попросил Джек, пытаясь вручить компас мистеру Тёрнеру, но тот его враждебно отверг:
- Тут и пробовать нечего, поскольку мне тоже на Тартугу охота, - капитан Воробей вдруг резко обернулся ко мне и спросил:
- Кальмар? А ну-ка, возьми, - и протянул компас мне. Я обвил вещицу щупальцем и стал наблюдать за тем, как бегает стрелка, как только она начала более или менее успокаиваться, я услышал на своей спине раздосадованный крик Джека:
- Тьфу, он же сейчас нас прямиком к Дэйви Джонсу выведет!
- А вот и нет! Не забывайте, я – кальмар слова! Пока командор не будет в безопасности, я туда – ни-ни! – С этими словами, я показал компас Джеку, чтобы он увидел направление.
- Отлично! Плывём туда! – проговорил он и показал рукой в ту сторону, куда указывала стрелка. А всё-таки интересно, что обо всём этом думает Барбосса…

- Эй, дон Кальмарос, может, хоть намекнёшь, куда мы путь держим? – спросил капитан Воробей, спустя некоторое время.
- Честно говоря, я и сам не знаю…, - растерянно ответил я.
- Очень надеюсь, что в Бермуды тебе не хочется, - молвил мистер Тёрнер.
- Слушай, а ты уверен, что ты не хочешь на Тартугу? – озабоченно спросил Джек. Видимо, он абсолютно не понимал, как это можно – не хотеть на Тартугу. По его мнению, туда хотят все.
- Да не хочу я ни на какую Тартугу! – пробурчал я.
- Куда бы ты ни хотел, а предчувствие у меня нехорошее, - проворчал капитан Воробей и толкнул Прихлопа в плечо.
- Капитан, тебе бы к доктору наведаться, - спокойно сказал Билл, а Джек весело спросил:
- А я, разве заболел?
- Пока нет, но если  будешь пихаться, то заболеешь.
- И всё-таки, куда этот прикинутый нас доставит? – поинтересовался Джек и начал нервно расхаживать по моей спине.
И что же всё таки по этому поводу думает Барбосса?

Глава 18

Дальние края

Мы плыли где-то недели две. За это время я подробно узнал от своих друзей, кто я такой и куда мне следовало бы пойти. Видимо, их очень утомляло это путешествие. Я в свою очередь был подавлен собственной несостоятельностью в плане формулировки собственных желаний. Компас всё ещё был у меня в щупальцах. Куда же мы всё-таки приплывём? 
В последнее время стало заметно холодать, и ветер дул с большей силой, чем обычно. Капитан Воробей сидел хмурый, проклиная тот день, когда вообще связался с таким дурнем, как я. Прихлоп же всё чаще начал вспоминать сына. Похоже, что он по нему скучал.
Море становилось каким-то мутным, и чем дальше мы заплывали, тем больше в воде появлялось всякого мусора. Так же, я обнаружил огромное количество медуз. Противно…Бррр…
- Господа, мы в России, - обречённо вздохнул Джек. – Вот скажи мне, дурачина ты этакая, какого чёрта тебе здесь понадобилось?
- Я…я…не знаю. Наверное, мне просто стало интересно…
- И что теперь? Я то, может, и смогу пару слов на ихнем языке, а ты, Билл, ты знаешь русский?
- Вот сейчас я это и выясню, - сказал Прихлоп и крикнул куда-то вдаль:
- Эй, автор! – ответом ему был голос из ниоткуда:
- К вашим услугам.
- Скажи, я знаю русский?
- А что, так надо?
- Ну, желательно…
- Ну, хорошо,, тогда знаешь.
- А кальмар?
- И он тоже. Отвалите, не мешайте творить!
- Не смею больше беспокоить, - сказал Прихлоп и повернулся к Джеку:
- Да, я знаю русский, и Кракен его тоже знает, - капитан Воробей удивленно уставился на мистера Тёрнера, а затем спросил:
- Э…а что ЭТО было?
- Да так…ничего особенного, - таинственно улыбнулся Прихлоп. Тем временем на горизонте стала появляться земля. Мы доплыли до берега. Швартовать меня не стали, поскольку Джек сказал, что тырят здесь всё, что ни попадя. Я полз по песку, догоняя своих друзей. Они же целенаправленно шли всё дальше и дальше от берега. Вскоре и я стал терять его из виду.  По дороге капитан Воробей пытался оценить ситуацию:
- Похоже, что это Чёрное море…
- А почему ты так решил? – спросил мистер Тёрнер.
- А потому, что если бы мы оказались не на Черноморском побережье, то у нас бы давно кишки бы отмёрзли, - Джек продолжал:
- Надо потолковать с местными жителями. Судя по настроению моря, надвигается шторм, а следовательно, придётся погостить здесь денёк-другой.
- Ну и дубняк у них тут! – констатировал Прихлоп. Вдруг мы услышали шамкающий голос:
- Ой,  а что ж это за зверь у вас такой? – Я оглянулся и увидел старушку, которая, по-видимому, была очень напугана.  Ответить взялся  капитан Воробей:
- Спокойно, мать, этот зверь называется кальмар, не боись, он не кусается, - я  протянул старушке щупальце и ласково сказал:
- Здрасьте, бабушка, - Прихлоп больно пнул меня ногой. А через несколько секунд, я понял, за что. Бабулька закатила глаза и подняла такой крик, что у меня заложило уши:
- Помогиииите!  Сгинь, демон! – Прихлоп подошёл к ней и спокойно сказал:
- Да какие ж мы демоны, бабуль? Мы просто к вам из дальних земель прибыли.
- Иноземцы, стало быть? – с подозрением спросила старуха.
- Можно и так сказать, но мы вам зла не желаем, - говорил капитан Воробей, - Мы здесь оказались по воле злой судьбы. Нам бы погостить где, да хлеба кусок. Мы – люди простые. – Свою речь Джек сопровождал очаровывающей интонацией поэтому, бабуля вдруг заговорила  по-доброму:
- Ну, ладно, сынки, так и быть, будет вам хата. Только зверя своего во дворе оставите.
- Разумеется, он у нас неприхотливый.
- А откуда ж вы такие взялись то, голубчики?
- А мы, бабка, с Карибских островов.
- Уууууу, далече, я таких даже не слышала. Надо бы у деда спросить, может он что слыхал.
- А вы, видать, из простого народа то?
- Так оно и есть, бабушка, - пропел Джек. Пираты потопали за старушкой, а я пополз за ними. Вскоре моему взору открылось довольно-таки милое поселение. Дома и дворы были расположены по краям дороги. Мы подошли к одному из домов, и старушка учтиво отворила дверь. Меня оставили во дворе, или, как выразилась бабулька «в огороде».  Я подполз поближе к окну, чтобы рассмотреть дом. Джек и Билл к моему удивлению даже немного потоптались для виду на половике. Затем старуха позвала их к столу.

Ужинали они долго. За тем все вышли во двор и устроились за столиком, который стоял в тени какого-то дерева. Меня  тоже пригласили туда.
- Скажите, Пелагея Никитична, как же у вас этот чудесный напиток называется? – заплетающимся языком спросил Джек.
- А это, милок, самогон, а у вас на ваших островах небось такого нету? – спросила бабулька.
- Нет, бабуля,  у нас ром есть – это нечто похожее на ваш самогон, но не такое весёлое, - ответил Прихлоп и налил всем по рюмке.
- Вы гостите, сколько вашей душе угодно. Будет мне, с кем поговорить на старости лет.
- Мы бы рады, да не можем, ибо у нас на Карибах забот полно.
- Эх, молодёжь! Всё в делах, да в делах, - они ещё долго общались. Я тихонько помалкивал, чтобы ненароком не напугать бабульку.  Потом они все вместе пели:
  «Ой, цветёт калина
  В поле у ручья
  Йо-хо-хо и бутылка рома». 

В-общем, к трём часам ночи все разошлись спать. Вернее, мои друзья изъявили желание спать на веранде по причине того, что я должен находиться под строгим бдительным контролем. Но что-то мне подсказывало, что причина всему этому – абсолютная неспособность  Билла и Джека доползти до кровати. Я свернулся калачиком и попытался заснуть на незнакомом месте.
Утром  Пелагея Никитична настояла на том, чтобы пираты вывели меня в поле. По её словам, я должен был пастись. Я толком не знал, как это делается, поэтому, глядя на других животных, потихоньку пощипывал траву.  Ко мне сразу было приковано внимание всех жителей. Каждый норовил меня потрогать, рассмотреть и обязательно перекреститься.  Странные люди…Когда я вернулся во двор, там уже вовсю кипела работа. Я даже поймал себя на мысли, что может и к лучшему, что капитан Воробей и мистер Тёрнер оказались здесь. Где бы ещё Джек так наловчился рубить дрова? Я пододвинулся к нему и спросил:
- А мистер Тёрнер где? – Джек проведя рукой по мокрому лбу, задорно ответил:
- А этот молодец забор ставит на другой стороне двора. Погоди, он сейчас сам сюда притопает, - пророчил мне Джек. И действительно, немного погодя, я увидел, что к нам подходит Билл, на ходу преодолевая приступ хохота:
- Воробей, ты там себе башку-то не оттяпал? А то, может, я заодно твоей кровушкой забор и покрашу, а? – Топор тут же просвистел над головой мистера Тёрнера. Джек сопровождал это действие словами:
- Ну всё, маляр-недоучка, я сейчас твоим черепом дрова колоть буду! – Оба расхохотались, а затем уютно устроились на ступеньках. Джек потянулся и предложил:
- Ну что, Билли, а не накатить ли нам по сто пятьдесят? – с этими словами Джек вытащил бутылку вчерашнего самогона, которую предварительно запрятал под лестницей.
- А, наливай! – крикнул Прихлоп.

Глава 19

Домой

К полудню с базара вернулась Пелагея Никитична.  Джек к тому времени научился играть на гармошке, и сидя на крыльце в полной мере познавал всю прелесть данного инструмента. Прихлопа это откровенно раздражало.
- Джек, я всё понимаю. «Ой, мороз, мороз» - это ещё куда ни шло, но «Страсти Билли Бонса» в ТАКОМ варианте – это уже ни в какие ворота! – Джек сделал вид, что не услышал этого замечания и продолжал самозабвенно распевать:

«Пятнадцать человек на сундук мертвеца,
Оп-па, оп-па, туда им и дорога!».

Прихлоп уже хотел предсказать дальнюю дорогу Джеку, но на крыльцо вышла Пелагея Никитична, неся три кружки и кувшин.
- А я вот вам кисель сварила, отведайте, хлопцы. – Капитан Воробей глотнул из кружки и шепнул мистеру Тёрнеру:
- Всё-таки русские – это самый изобретательный народ. Это ж надо – так сопли приспособить, - по-видимому, это была шутка, но Прихлоп всё равно вежливо от киселя отказался. Джек довольно промурлыкал:
- И не надо, Билли, мне больше достанется, - и пододвинул к себе кувшин.  Мистер Тёрнер тут же пододвинул его обратно со словами:
- А ну, вертай на место!
- Ты же сам отказался.
- С тобой пообщаться – можно сразу от жизни отказаться.
- Да ладно тебе, попробуй, хорошая вещь, - Прихлоп взял протянутую кружку и отпил из неё.
- Не дурно, но чего-то не хватает, - задумчиво сказал Билл.
- Правильно, - промолвил Джек и позвал:
- Пелагея Никитична, а может, дерябнем по рюмочке, а? – Бабуля оказалась не против.

Итак, в России мы пробыли три дня. За эти три дня капитан Джек Воробей и мистер Тёрнер вспахали весь огород, поели в саду всю малину и заплевали весь двор очистками от семечек. Меня на целый день отправляли пастись в поле. Я был этому рад так, как это позволяло мне быть поближе к природе и подальше от звуков гармошки, которую так усердно мучил капитан Воробей, требуя от Прихлопа не сметь губить своими ругательствами ранимую душу музыканта. Оставив все попытки унять капитана,  он лишь приговаривал:
- Что-то мне подсказывает, что если мы в темпе вальса не отчалим отсюда и не вернём Джонсу сердце, то ты вскоре будешь музицировать  на борту «Летучего голландца». – Можно сказать, что после этой фразы, мы потихоньку начали собираться в море. Пираты достали сундук, взяли оттуда большую пригоршню золотых монет и бросили на стол перед ошеломлённой Пелагеей Никитичной.
- Это вам, за тёплый приют.
- Куда ж это вы собрались-то? Погостили бы ещё…На кого ж вы бедную старуху оставляете?- запричитала она.
- Эх, может выпьем на посошок, а? – предложил капитан Воробей. Пелагея Никитична пошла за бутылкой, на ходу приговаривая:
- Ох, Воробушек, всё-то тебе выпить, да выпить…, - после слова «Воробушек», мистер Тёрнер  расхохотался, уронив руку на его плечо:
- Соколик, ты наш недоперепивший, - Джек оттолкнул Билла и начал соображать, что б ему такого ответить. Вдруг на пороге снова появилась хозяйка и пролепетала:
- Ты, Прихлопчик, тоже здоровье-то  своё не губи, - на этот раз смеялся Джек:
- Вот так, понял, ПриХлопец, ты гарный! – Пелагея Никитична так и не поняла суть ихнего разговора. Напоследок она  обняла  и расцеловала нас. Даже меня. И чуть не плача сказала:
- Ох, берегите себя, милые мои, скатертью вам дорожка. У меня вот, сынки из армии вернутся, так я вас им в пример ставить буду. Ну, прощайте, - пираты ласково потрепали её за плечо и тоже попрощались:
- Аривидерчи, бабка!  - Они вспрыгнули на мою спину, но я возмутился:
- Эй, ребята, мы же ещё не в море. Я же не лошадь всё-таки! – Капитан Воробей грубо ответил:
- Ага, значит, как в поле целыми днями пастись и лодырничать – это мы можем, а как друзей до берега довезти, то сразу – не лошадь! – Друзей обижать не хотелось, поэтому я покорно понёс их на моей спине до самого моря.
С сердцем тянуть было нельзя, а значит я должен был набрать приличную скорость, что бы мы оказались в Карибском море как можно быстрее.  Флибустьеры скучали. Им было абсолютно нечем заняться. Редкое явление, если учесть, что выпить у них было всегда и везде. Но сейчас их даже выпивка не веселила. Джек даже начал философствовать:
- Вот, казалось бы – пираты. Люди свободные, никому ничем не обязанные, а всё равно – как-то тянет в родные края…Хотя то обстоятельство, что нас не хлестали веником, несказанно радует…
- А меня радует то обстоятельство, что ты забыл на берегу свою гармошку, - Прихлоп неожиданно развеселился:
- Пустячок – а приятно, - Джек же напротив с негодованием напустился на Билла:
- Ну, спасибо тебе, друг, на добром слове! Я, можно сказать, почти окунулся в волшебный мир музыки, а ты…
- Вот только не надо сейчас нюни разводить, - усмехнулся Прихлоп.
- Билл, ты – зараза, ты знаешь, да? – На этой ноте разговор был закончен.

Оставшуюся неделю плаванья Билл и Джек провели в размышлениях о том, что им друг в друге не нравится.  К концу пути они помирились и плавно перешли на умозаключения о том, что они думают про Дэйви. Мне это, конечно же, не понравилось.
- Я же просил вас, перестаньте обсуждать Дэйви за глаза! Это не достойно! – Джек ответил:
- Можно подумать, что он обо мне гадостей не говорил. А, Прихлоп? – Джек выжидающе глянул на приятеля. Тот кивнул и сказал:
- Говорил-говорил, да такое, что даже боцман смущался. – Я представил себе смущённое лицо боцмана,  и мне вдруг стало смешно.
Попутный ветер снова теребил наш флаг. На душе становилось тепло. Мы наконец-то снова в Карибском море.
Я не верил своему счастью. Скоро я буду дома. Скоро я увижу Дэйви…



От автора ( опять-таки лирическое отступление):

- Лилиииииииииииииит!
- О, явился! Работничек.
- Так…по-моему, мне здесь не рады…
- А по-моему, тебя здесь ждали ДО полуночи. Не поведает ли мне Ваша милость, где они изволили шляться при условии, что уважаемый капитан Джонс отпустил вас после обеда?
- О, мудрейшая. Она всё знает, всё видит.
- Прекрасно. Театр одного зрителя. Весь билет продан.
- Вот так, да? А мне, между прочим, отпуск дали. На шесть дней.
- Урррррааааааааааа!
- Кстати, к нам сейчас гости придут. Ну, сама понимаешь…такое дело надо отметить.
- Э…и какие же гости? Вернее, во сколько же придёт Капитан Воробей?
- С минуты на минуту. Ты там сготовь что-нибудь.
- Вот ещё! Вы ж всё равно единым ромом налакаетесь!
- А вот и не правда!  А, ещё шеф придёт!
- Капитан Джонс?
- Ага.
- Ладно, я – на кухню…эх, доля моя женская…Билли, ты – эксплуататор, ты знаешь, да? Ты меня слышишь?
- Э…что? А, да-да, и я тебя тоже милая…

3

Глава 20

Йо-хо-хо и просто бутылка

Карибское море…я не был здесь целый месяц. А сколько я уже не видел Дэйви? Как же я хотел его обнять. Меня даже не пугало то, что за подобное проявление любви, я мог бы запросто получить по мозгам.  Но это уже не имело значения. 
- Ух, наплавался я что-то, может, землицу найдём, а? – спросил Джек.
- Остров Креста тебе – землица! – ответил Билл. Капитан Воробей заметно погрустнел:
- А нельзя ли эту тёплую дружескую встречу с великолепным Дэйви Джонсом отодвинуть на неопределённый отрезок времени? – Мистер Тёрнер с упрёком посмотрел на капитана.
- Можешь двигать сколько хочешь, но он в свою очередь так же отодвинет освобождение Уилла лет этак на сто, - Джек с недоумением спросил:
- А я то тут причём?
- Слушай, Джек, ты вот мне скажи, ты и правду такой бесчувственный валенок?
- Лучше буду валенком, чем морепродуктом! – гордо продекламировал капитан Воробей.
- Смотри сам, а своё слово сдержу, - твёрдо сказал Прихлоп. Я им восхищался.
- Спасибо, мистер Тёрнер.
- Да ну вас, я ж, как лучше хочу!  Ведь не факт, что Джонс сдержит своё обещание. Тёрнер, тебе ли не знать этого изувера. Пока мы тут в кругосветке отдыхали, он наверняка уже придумал новую, раннее не известную пакость! – Я возмутился:
- Джек, что ты такое говоришь? Этого никак не может быть! Дэйви без сомнения отблагодарит вас…
- Ой, а вот этого не надо. Вот это уже лишнее, - спохватился Прихлоп, Слушайте, а вот меня уже который день мучает вопрос: что бы обо всём этом подумал Барбосса? – Джек5 понимающе кивнул:
- Вот и меня это слегка напрягает…, - я согласился:
- И я тоже этим озадачен.
- Возникает ещё один вопрос: какого Люцифера мы так часто вспоминаем этого…я даже имени его произносить не желаю! – возмутился  капитан Воробей.
- А вы знакомы с этим Барбоссой? Вы знаете, кто это? – спросил я.
- Лучше бы не знал! Этот…Сам-Знаешь-Кто поднял бунт на МОЁМ корабле и высадил меня на необитаемый остров!
- А как же ты выбрался? – поинтересовался я. Прихлоп добавил:
- И был ли этот остров обитаемым до того, как ты на нём оказался? – Джек уселся поудобнее и начал говорить:
- Значит так…выбрался я…ммм…
- Учти, черепахи – это уже не канает, - предупредил мистер Тёрнер.
- Да ну тебя в пень! В-общем,  меня подобрали контрабандисты…, - Прихлоп тут же перебил:
- Только сегодня и только у нас! Капитан Джек Воробей говорит правду!
- Билли, а не пойти ли тебе к Дэйви Джонсу.
- Это ещё не известно, кого он больше ждёт: меня или тебя.
- Прекратите говорить о Дэйви в таком тоне! Он никому ничего плохого не сделал! – я был возмущен до самых щупалец.  – И вообще, что подумает Барбосса!
- И каким местом он подумает? – добавил Джек. Прихлоп разлёгся на моей спине и положил голову на плечо Джеку.
- Эй, а ну, уберись!
- Эх, сейчас бы на диванчик…- мечтательно сказал Прихлоп.
- Это ты, глядя на меня, подумал? – в голосе Джека отразился испуг.
- Если бы я каждый раз глядел на тебя перед тем, как подумать, то я бы уже давно стал хроническим алкоголиком.
- Действительно. А так – просто мирная пьянь, - весело сказал Джек.
- Воробей, тебе перья кудахтать не мешают?
- Прихлоп, я тебе сейчас все кораллы с плеч посшибаю!
Слово за слово – и через несколько минут оба сидели отвернувшись друг от друга. Я пытался их помирить, но лишь слышал в ответ:
- Билл первый начал!
- А вот и не правда! Это всё Джек!

- Смотрите! Я тут какую-то бутылку нащупал. Вот, - сказал я и вытащил сосуд из воды, передав его друзьям.
- Ром? – с надеждой спросил капитан Воробей.
- Кажись, там письмо какое-то, - констатировал Билл.
- А в письме что? Ром? – Джек не сдавался.
- Нет, тут буквы, Джек, - поучительно ответил мистер Тёрнер.
- Какие, к чёрту, буквы, когда я хочу ром? – возмутился капитан.
- А вот такие, - сказал Прихлоп и протянул Джеку листок. Я обернулся к себе на спину и прочитал вместе со всеми:

« Дорогие господа!  Вы, наверное, часто задавались вопросом: что о вас думает Барбосса? Причину такой зависимости от чужого мнения я объяснить не в состоянии, но я могу развеять ваши  терзания.
Так вот. Я думаю, что:
1) Воробей – ты сволочь. Это, я думаю, для тебя не новость, я лишь напоминаю.
2) Прихлоп – ты тоже сволочь. Ты, конечно со мной не согласишься, но это так, поверь мне.
3) Кальмар – ты, вообще сволочь!  Ты съел Джека, разлучил мистера Тёрнера с сыном и, наконец – посмел представить меня в чём-то розовом!

Итак, надеюсь, что больше вопросов не будет.
С неуважением, с нелюбовью и шоб вам всем подыхать долго и счастливо.
                                                                    Искренне не ваш. Капитан Барбосса».

- А…э..это…э…какого?...на кой?...что за?..., - проговаривал Джек.
- Ну, вашу же мать! – выругался Прихлоп.
- Вы не расстраивайтесь. Его оскорбления совершенно не обоснованы, вы же хорошие, - утешал их я.
- Спасибо, кальмар! – хором ответили пираты.
- А он, что? Жив? – спросил Прихлоп.
- А он что? Не сдох? – в такт спросил капитан Воробей. Они целый час выражали своё удивление и крайнее возмущение.
- Если он не сдох – то это подло с его стороны! – орал Джек.

Не помню, сколько они так кричали. Как только я увидел вдали знакомый корабль, я тут же забыл про всё и всех:
- ДЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЙВИИИИИИ!!! – закричал я и поплыл на встречу.

От автора: Это последняя глава…Что тут ещё сказать…

Глава 21

За спасение души

Я в считанные минуты оказался рядом с «Летучим голландцем», а точнее, я  взрезался в борт своего родного корабля. Матросы тут же столпились на палубе.
- Кальмар, здорОво!
- А мы тебя заждались уже!
- За пивом, ребята! – крикнул один из них, и тут же замолчал, потому что, на палубе возник капитан Дэйви Джонс:
- За работу, олухи! – Боцман обиженно посмотрел на капитана и сказал:
- Так ведь, Кракен вернулся, - Дэйви посмотрел за борт и увидел меня.  Билл и Джек в это время тактично отвернулись, насвистывая какой-то мотивчик.
- Ну, здравствуй, блудный кальмар, - сказал Дэйви и улыбнулся. Он рад мне! Я ему не безразличен!
- Здравствуйте! Я так рад вас видеть…
- …Что чуть не забодал мой корабль, - перебил Дэйви. И всё равно, он мне рад! Я это чувствую.
- Кракен, а могу ли я переговорить с двумя усталыми путешественниками, которые даже свистеть толком не умеют, - двое пиратов, сидевших на моей спине, резко обернулись. Капитан Воробей расплылся в фальшивой улыбке:
- О, великий спруторукий король морей!  Прости же меня, недостойного человечишку за столь непозволительный свист, оскверняющий ваш тонко чувствующий слух! – Дэйви ухмыльнулся и молвил:
- Искренне надеюсь, что столь неугодный мне отброс общества, всё-таки держит своё слово, -  Джек уставился на капитана Джонса, а тот тут же объяснил более доступным языком:
- Сердце гони, шут патлатый!
- А…одну минуточку, - сказал Джек и с помощью Прихлопа поднял сундук и вручил мне в щупальце:
- Кальмар, передай посылку, - я перемахнул щупальцем на борт «Летучего голландца» и поставил сундук перед Дэйви.
- О-па нааа!  Ни хрена себе, сказал я сам себе, - проговорил он.
- Получите, распишитесь, - крикнул Прихлоп.
- Слушай, Джонс, если уж тебе так это сердце дорого, может, перестанешь его в сундуке держать, а? Вставь его обратно туда, где оно должно быть! – предложил капитан Воробей.
- Пошёл ты на рею, Воробей, - задорно ответил Дэйви.
- Сам иди в трюм! – прокричал Джек.
- Эй, красавцы! – позвал свих матросов Дэйви, - Доставьте мне этих клоунов на борт, да поживее. – Матросы спускали шлюпку, а я попятился назад.
- Дэйви, это же нечестно! – заныл я.
- Да, Дэйви, ты плохой, - передразнил Джек.
- Сколько раз повторять! Я – злой дух моря! Я не могу быть хорошим!
- Кракен, давай разворачивайся, нам тут не рады! – заорал Прихлоп. Дэйви улыбнулся и ласково сказал:
- Я рад, даже очень. Я просто хотел пригласить вас на борт!
- Я ему не верю, - шепнул капитан Воробей. Матросы с «Голландца» подобрались к нам и схватили моих друзей.
- Оставьте их! Они вам ничего плохого не сделали! – я уже хотел разреветься, но тут снова услышал Дэйви:
- Кальмар, не смей реветь. Нам тут и без сопливых скользко.
- Но вы же обещали…, - жалобно заурчал я. Мои друзья уже были доставлены на борт, и я услышал крик:
- Батяня! – это кричал Уильям. Он подбежал к Прихлопу и крепко обнял его. Стоило заметить, что Уилл немного изменился. Во-первых: его одежда выглядела более, чем небрежной, во-вторых: говорил он более развязано, а в-третьих: его возмужавшее лицо украшал здоровенный фонарь под глазом.
- Сынок, а что это ты такой бледненький? - с беспокойством спросил мистер Тёрнер.
- Я пострадал за искусство! – гордо сказал Уилл и вскинул голову.
- Ты что, во время вальса об мачту стукнулся? – спросил капитан Воробей.
- Да нет же! Это мистер Джонс меня учил на оргАне играть. А я один раз ноты перепутал…, - Джек и Билл рассмеялись. К ним подошёл Дэйви.
- Значит так, вы свободны…, - оба пирата с радостью уставились на него, он продолжал:
- Вы свободны! Ну, чего вы на меня уставились, как на инквизитора! – Джек тут же вспрыгнул на бочку и заорал что есть силы:
- Свобоооода! Обожаю! Накатить всем по сто грамм! – Джонс посмотрел на него с удивлением:
- Значит, в России вы тоже побывали…Эй, тащите сюда ром!

Пили много…Пили очень много…Пили астрономически много…А самое страшное, что я пил вместе с ними…Кажется, я пьян…Ой,  какие нынче луны красивые…Ик…А зачем Дэйви нужен второй корабль? Ик…Как же всех много…

Я наблюдал за тем, как Дэйви Джонс медленно поднялся и торжественно проговорил:
- Я почему такой злой был? Потому, что у меня сердца не было. А теперь я вообще борзеть начну! – это высказывание было встречено бурными овациями, которые завершились всеобщим криком:
- ЗА СПАСЕНИЕ ДУШИ!!!

ЭПИЛОГ:

- Я – самый счастливый кальмар на свете! Я так рад, что всё плохое позади! Я так всех люблю! Я желаю всем счастья, здоровья и исполнения всех желаний! Пусть все ваши сокровенные мечты сбудутся как можно скорее! По этому поводу, ПЕСНЯ:

                Я был когда-то странным
                Кальмаром безымянным,
                Которого на море все гонят с глаз долой.

                Теперь я вместе с Дэйви,
                Он необыкновенный.
                Он очень-очень добрый, но он кричит, что – злой.
– Мне
аплодировали, хлопая в ладоши, клешни и щупальца. В-общем у кого что было, тем и хлопали…

Капитан Воробей и мистер Тёрнер рассказывали Дэйви о наших приключениях, а тот вытирал слёзы от хохота.  Уильям в это время засыпал на плече своего папы, периодически приговаривая: «Паааап, нааалееей».

Вот так вот и закончилось наше путешествие и мой путь от бедного морского зверька до самого счастливого кальмара на свете. 

P.S. Огромное спасибо всем, кто про меня читал. Всем, кого моя история не  оставила равнодушными.  Всем, кто переживал вместе со мной. Всем, кто сочувствовал мне в печали и радовался за меня в счастливые моменты. 
                                                                                  Благодарю, люблю, целую.
                                                                                  Кракен.

От автора : …он махнул щупальцем и пожелал спокойной ночи…

4

Гелла-Лилит написал(а):

Огромное спасибо всем, кто про меня читал. Всем, кого моя история не  оставила равнодушными.

Эта история"бедного кальмара" меня точно не оставила равнодушной! :D  :D  :D
Автор,спасибо огромное за позитив!

5

Спасибо за предоставленный фанфик :cool:

6

Ахах, супер Кракен няша! Я бы ему могла ещё пару десятков человек подкинуть для съед.. извиняюсь для дружбы.
Я так ещё не когда не ржала...

Гелла-Лилит написал(а):

Он очень-очень добрый, но он кричит, что – злой.

Знакомая ситуация, интересно Дейви это слышал? Просто после телефонного разговора за вас страшно..


Вы здесь » PIRATES OF THE CARIBBEAN: русские файлы » Законченные макси- и миди-фики » История одного кальмара