PIRATES OF THE CARIBBEAN: русские файлы

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » PIRATES OF THE CARIBBEAN: русские файлы » Ориджиналы » "Под ободком унитаза", Дарья/Сумерки


"Под ободком унитаза", Дарья/Сумерки

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

Название: Под ободком унитаза
Автор: Доджесс
Фэндом: Дарья/Сумерки
Персонажи: Дарья, Джейн, Эдвард, Джейкоб, Квин
Пейринг: Дарья/Трент, Эдвард/Белла, Дарья/Джейкоб/Джейн
Рейтинг: R
Жанр: POV Дарья, общий

~*~
Не могу устоять перед твоими губами,
Не могу устоять перед твоими глазами,
Не могу устоять перед твоими зубами,
Не могу устоять перед твоими сиськами,
Вот почему я ненавижу тебя…!!!
ЧЕРТ! ЧЕРТ, ЧЕРТ, ЧЕРТ!!!
*разбивает гитару об пол*
©Daria, неизвестный музыкант
на открытии новой городской кофейни
~*~


[1. Прогрессивный мир]

- Это случайно не остатки отрезанных носов?
- Юмор может поднять твой дух, Дарья. Но только профессионал сможет поднять твой зад.
© Daria

Больной безумный мир.

Я тоже переехала в этот город в середине семестра, но не помню, чтобы ощутила себя новенькой.

- Переезжать в другой город всегда не просто! – воскликнул папа.

- Мы переехали? – спросила я, и папа захохотал, запрокинув голову.

- Это моя девочка! – гордился мной папа.

Больной безумный мир казался прежним. Иногда я думаю, что он существует только в моей голове, а на самом деле я лежу в пустой больничной палате с белыми стенами и зарешеченными окнами, а за ними – какой-нибудь прогрессивный мир продвинутого человечества. Иногда мне меняют капельницу, и тогда я в своем мозгу переезжаю с одного места на другое, но состав моих уколов, в целом, стабилен. Поэтому футбольные болельщицы отличаются друг от друга, но не сильно. В прошлом городе было тепло и солнечно, а здесь – холодно и сыро. Там были поля, а здесь – холмы. Но это не прогрессивный мир продвинутого человечества – меня изолировали от него. Меня изгнали. Я опасна для прогресса, я отвратительна продвинутым людям, поэтому меня заперли в пустой белой комнате и предоставили во власть маленьких голосков, живущих в моей тупой башке. Маленькие голоски обитателей моего больного безумного мира, особенно писклявый голосок Квин. Жутко доставучий зудеж.

- О чем ты думаешь? – спросила Джейн за завтраком, когда я в очередной раз воображала себя клиентом психушки.

- О том, что на самом деле я заперта в сумасшедшем доме в лучшем из миров, а вы все – плод моего больного воображения.

Джейн выпила стакан с колой одним махом.

- Черт! Твои мысли круче, чем мои! – с досадой сказала она.

- А о чем думаешь ты?

Она помрачнела.

- Как сказать Тренту, что я уеду от него в художественный колледж, - Джейн откинулась на спинку стула и старалась не смотреть на меня, потому что ей стыдно быть любимой сестрой в моем присутствии. Она знает, что я бы хорошо приплатила, чтобы Тренту не хватало меня хоть в половину так же сильно, как ее. - Я пыталась, но он всякий раз засыпает на слове «колледж».

- Он прикидывается.

- Нет, точно, - Джейн пожимает плечами. – Это защитная реакция. Он правда отрубается, когда чует, что дело дрянь.

Я смотрела прямо на нее, а она – на дверь. Пожалуй, Трент был единственным новым феноменом, который я наблюдала в этом городе. Когда мы говорили в первый раз, Трент был ужасно милым до тех пор, пока не уснул в кульминационный момент моего рассказа. Я всегда была неинтересной, но такое действительно случилось со мной впервые. Значит, моя болезнь прогрессирует, и мое сознание еще способно порождать новые ходы во всей этой эпопее сумасшествия, или же Трент – отголосок кого-то из реального прогрессивного мира и обладает в моем бреду собственной волей. Волей засыпать, когда ему вздумается. Покидать мой больной безумный мир, как матрицу, в любой момент.

Тихое попискивание модного клуба отвлекло меня от грустных мыслей.

- Смотри, - Эдвард, - говорит Джейн, пытаясь сменить больную тему. – Сын Снежной Королевы.

- Кто?

- Парень, который не смог сложить слово ВЕЧНОСТЬ из букв ЖОПА, и был изгнан из дворца.

Я перевела взгляд на Эдварда, который шел к своему столу, чтобы «посидеть со всеми».

- Но это было давно, и сосульки, что висели раньше у него из носа, уже растаяли.

~*~

[2. Санитары]

Я здесь. Но где же ты?
Вот, я вижу твое тело.
Есть кто дома в этой груде гниющей плоти? ©Daria, стихи Андреа

- Дарья, у тебя в шкафчике по-прежнему полно книг?

Я с трудом подняла на Квин глаза.

- Нда, - выдавила я.

- И ты можешь одолжить парочку своей сестре?

- Чтобы уронить их кому-то на голову?

- Это будет Эдвард Каллен! - весело отозвалась Квин.

Этот фокус мы уже проделывали. Я даю Квин пару не очень тяжелых книг, чтобы она не устала тащить их до того места, где ее будущая жертва присядет на корточки, чтобы завязать шнурки. Дальше Квин подходит к нему, роняет книги ему на голову и говорит: «О, нет! Прости, пожалуйста, я такая неловкая!». Ну и так далее.

Этот сон я вижу каждый день, в течение трех лет, - с тех пор, как Квин начала ходить на свидания, - и иногда опасаюсь, что не сплю.

- Но ты знаешь правила, - сказала я, давая Квин «Психологические типы» Юнга и «Агрессию».

Квин подняла вверх правую руку.

- Клянусь, что не буду их читать и даже не открою и не дам их Эдварду, даже если он будет умолять!

Я кивнула. Взяв книги, она спросила:

- А «Блевоты» нет? Кажется, она была потоньше.

- «Тошноты». Ее написал Сартр. Я сдала ее в библиотеку.

Помню, перед уроком О’Нила я сидела и думала, что мне стоит намекнуть Тренту о том, что пару лет назад он сказал, что, будь я на пару лет постарше, он пригласил бы меня на свидание. В отчаянии я даже подумала попросить Квин написать мне текст намека, но, как только я об этом подумала, у меня от страха взмокла спина. Я ведь не могу изменить себе. В таком случае, я буду знать, что стою не больше Бритни.

Я думала о том, что вряд ли отъезд в колледж решит мою проблему с Трентом, когда мимо меня прошел этот парень Эдвард-Франкенштейн, который так здорово смешит Джейн и которому на голову упадут мои книжки. Он покосился на меня с отвращением и прошел мимо, но затем остановился и обернулся через плечо.

- Родители не держат меня в морозильнике, ясно? – раздраженно сказал он.

Мне это понравилось, - люблю людей, которые сразу переходят к делу и не размазывают ничего по столу.

- Ясно, - ответила я, глядя ему в лицо.

Он замер на секунду, словно чувствуя, что должен сказать что-то еще.

- Меня тоже, - сказала Джейн, чтобы нарушить неловкую паузу. Джейн всегда лучше меня умела общаться с людьми.

- Ты так подумала, - процедил он так, словно у него заболели все зубы одновременно, отвернулся и быстро вышел, смешно и нелепо подергивая плечами.

- Ты так подумала? – спросила Джейн, когда он скрылся за дверью.

- Нет, я думала о Тренте. А ты?

- Я думала о том, что большие пятна крови на фоне камуфляжа на стенах нашей школьной дискотеки - это неплохая идея.

Мы замолчали. По прошествии нескольких минут, Джейн тихо выругалась.

- А я почти поверила, что парень читает мысли, - с досадой сказала Джейн. -
Если бы только я думала в тот момент о том, что предки держат его в морозилке!

- Этот дерьмовый мир даже хуже, чем нам кажется, - ответила я.

Наверное, в том лучшем из прогрессивных миров, Трент является моим санитаром и время от времени переворачивает мое вялое, гниющее, напичканное лекарствами тело с одного бока на другой.

Иначе откуда он взялся в моей жизни?

~*~

[3. Ободок унитаза]

«Они некоторое время встречаются, и он обиделся, что другие тоже приглашают ее на свидания, а она сказала, что ничего не может поделать, раз уж она такая привлекательная и популярная, и, кроме того, никто до сих пор не говорил, что у них серьезные отношения, а если он хочет серьезных отношений, это должно быть нечто большее, чем кино, кафе, заднее сиденье, кино, кафе, заднее сиденье, потому что есть очень много парней с машинами покруче, которые хотят отвезти ее в какое-нибудь отличное место». ©Daria, Квин Моргендорфер

Я услышала о новенькой задолго до того, как увидела ее.

- Если она будет популярнее меня, я повешусь! – бесновалась Квин за ужином.

- Лучше урони себе на голову «Записки Цезаря о Галльской войне».

- Она учится в твоем классе! – Квин тыкала вилкой в стол. – Как моя сестра, ты должна сказать мне точно, сколько приглашений на свидание она получает в неделю.

- Если от этого зависит, повесишься ты или нет, то, на твоем месте, я бы не стала доверять той цифре, которую я назову.

Мы договорились на пятьдесят баксов, что я буду приглядывать за новенькой. Квин предлагала сотню за точное количество приглашений на свидания, но надо быть честным – этого я никогда не узнаю. Ведь для начала я должна хотя бы заглянуть в лицо всем своим одноклассникам и понять, какое из них кажется мне менее знакомым, чем остальные.

- Ты улыбаешься так, словно хочешь обглодать ее, - сказала мне Джейн, когда за завтраком я смотрела на новенькую в окружении ее новых друзей и думала, какую информацию, полезную для Квин, я смогу из этого извлечь. Они сидели в одном секторе с Модным клубом, Футбольной Командой и Командой болельщиц, а в нашем секторе изгоев сегодня и всегда сидели мы с Джейн, Тошнотик, Арти и семья Калленов. Я каждый день слышу, как они глотают слюни, и мои подозрения крепнут.

Хотя почему подозрения? Должен быть и на моей улице праздник. Черт возьми, больной безумный мир.

Услышав, как кто-то за столом Калленов судорожно сглотнул, я ответила:

- Нет. Просто, кажется, я знаю, что на самом деле скрывается под ободком унитаза.

Я люблю «Больной Безумный Мир», потому что, в глубине души, мне нравится думать, что в этом что-то есть. В том, что склизкие инопланетные черви заползли парню в задницу и платят ему оттуда за аренду, в том, что вурдалаки и чудища среди нас, в том, что пришельцы, похитившие нашего Арти, погладили его джинсы. Иногда я сама себе кручу пальцем у виска, а потом думаю: неужели Бритни Тейлор сама по себе менее удивительна и нелепа, чем склизкий инопланетный червь? Ей есть место в моем мире, а как насчет остальных?

Глупо сомневаться в реальности вампиров, годами наблюдая день за днем за жизнью моей сестры Квин Моргендорфер, которая ужаснее и абсурдней любого готического романа. Так мне кажется.

- Джейн.

- Да?

- Сегодня мы должны пойти в торговый центр и купить себе пару водолазок.

У меня за плечом сглотнули еще раз.

- И шарфы.

На перемене ко мне подбежал Эрик и спросил:

- Видела новенькую? Она классная. О чем писать в новом выпуске?

Я улыбнулась. Эрик вовремя, потому что я как раз вспоминала последний выпуск нашей школьной газеты. Это отличное издание, отличающееся завидным постоянством – с каждым следующим номером оно становится все дерьмовее, скучнее и глупее. Не все течет и изменяется.

- Что? У тебя есть идеи, Дора? – не отставал Эрик, поминутно оглядываясь и опасаясь, что кто-нибудь увидит нас вместе.

- Я Дарья.

Я прошла мимо, думая о том, что, в сущности, можно быть кровопийцей, обладать внешним пищеварением или являться тем самым монстром, что живет под ободком унитаза, но ни в одном их этих качеств ты не будешь внушать людям такой суеверный ужас, как если ты отстой, зубрила и уродина. Такой вот точно ужас, какой написан на лице Эрика всякий раз, как он не знает, о чем писать, и вынужден обращаться за советом.

Возле шкафчиков стоял Модный клуб и Эдвард Руки-С-Пальцами. Я сказала:

- Привет.

И модный клуб разбежался с визгом. Я подумала: «А что умеешь ты?».

- Я в дурацкие соревнования не вступаю, - ответил Эдвард. Закинул сумку в свой шкафчик и запер его на ключ.

Я подумала: «У меня в сумке есть осиновый кол».

Эдвард фыркнул и отвернулся.

- Почему ты думаешь, что это не поможет – ты что, пробовал? – спросила я у его спины, но он сделал вид, что не слышит, и скрылся в анатомическом кабинете.

~*~

[4. Торговый центр Тысячелетия]

- Если говорить конкретно, я бы привела пример человеческой жадности и унижения. Торговый центр.
- Я согласна с Дарьей. Торговые центры оказывают плохое влияние на современных детей, а от флуоресцентных ламп бывают припадки. ©Daria

Мы гуляли по местному супермаркету в поисках нормальных чипсов с беконом, когда Джейн рассказала мне о своих крысах-мутантах. О том, какие они огромные и уродливые, как они ужасно чавкают по ночам, обгладывая ветхие плинтусы в их доме, о том, как десятками разбивают в подвале горшки, слепленные ее матерью. Джейн сказала, что они допекли даже Трента, а, значит, они действительно мутанты.

Трент принес с улицы большого помойного кота.

- С вот такими яйцами, - сказала Джейн, засовывая в корзину большой киндер-сюрприз.

Но после посещения подвала, он выскочил на улицу и побежал прочь, не оглядываясь, не смотря на то, что Трент обещал ему стабильное питание и кров.

- Вон у того парня есть огромная злая собака, - сказала я, указывая на парней из резервации, толкущихся возле полок с чистящими средствами.

- Ты его знаешь?

- Нет. Он из резервации.

Брови Джейн поползли наверх.

- У нас есть резервация?

Пока мы шли к ним, я сказала Джейн, чтобы «Привет» говорила она, потому что у нее это лучше получается. Она спрашивала меня о жизни в резервации, о том, насколько они дикари, и отмечают ли языческие праздники, живут ли охотой и собирательством, но я не успела ответить ни на один из ее вопросов, потому что Торговый центр Тысячелетия слишком мал, а мы шли слишком быстро.

Этот торговый центр – сердце нашего города. Мы устремляемся сюда после учебы, работы, в пятницу вечером, перед Рождеством, в дни весенних распродаж. Все мы - даже я. Я посещаю пиццерию и торговый центр. И будь ты даже тем, кто живет под ободком унитаза, рано или поздно ты окажешься в нашем Торговом Центре Тысячелетия. За сегодняшний день мы уже встретили барабанщика из группы Трента, Бритни Тейлор с Кевином, несколько людей, которых я каждый день вижу в своем классе и мистера О’Нила с женщиной, которая могла оказаться его матерью. На другом конце зала, возле мясного отдела, я увидела Эдварда Каллена, похожего в своих дурацких солнечных очках на леденец, но он был слишком далеко, чтобы узнать, как плохо я подумала о нем в этот момент.

- Привет! Я Джейн, а это Дарья, мы живем здесь. Мы хотели спросить – не могла бы твоя собака поймать наших крыс-мутантов?

Парень сидел на корточках и выбирал между освежителем с лимонным запахом и с запахом хвои.

- Привет, - ответил он, поднимаясь на ноги. – Я Джейкоб, живу в заповеднике. А про собаку я не понял.

Рано или поздно в разговоре всегда наступает такой момент, когда я должна что-то сказать. И я сказала:

- Я видела, как вы тащили к машине два десятикилограммовых пакета с «Чаппи».

Другие индейцы за его спиной уставились друг на друга так, словно я вынула из кармана Огненный Цветок с надписью на языке бледнолицых.

- Ах, это! – воскликнул он, обнажив лошадиный оскал. Индейцы за его спиной заулыбались и закивали.

- Да, это, - ответила я.

Улыбка сползла с его лица, и он заправил волосы за ухо. При этом он сделался похож на очень большую и очень страшную девочку.

- На самом деле, это для меня, - сказал он, и его приятели застыли с улыбками на лицах. – Отец говорит, это вредно для желудка, но я иногда балуюсь. Вместо чипсов и попкорна.

- Прикольно! – сказала Джейн.

- А почему мне не смешно? – спросила я. Больной безумный мир.

Джейкоб пожал плечами. Один из его друзей, похожий на Чуи, закрыл глаза и покачал головой, словно сделал что-то очень глупое и ужасное. Типа надел носки на ботинки.

- Не знаю, - ответил Джейкоб. – Это шутка. Но вообще в резервации правда есть большие злые собаки, с огромными…, - он улыбнулся, - острыми зубами и все такое.

Индейцы единодушно закивали, а Чуи – главный паникер, - отвернулся к зубным пастам.

- А больших злых котов там нет?

Джейкоб поджал губы.

- Таких не знаю, - ответил он.

Я видела, как Эдвард Руки-Леденцы оторвал себя за уши от мясного прилавка и направился к нам, судорожно сжимая в руках новые солнцезащитные очки. Глядя на то, как он приближается, я гадала, набили мои «Психологические типы» пару шишек на его башке или еще нет.

- У меня неразрешимая проблема, - сказала Джейн, делая брови домиком, как она всегда делала, когда пыталась склеить в магазине какого-нибудь странного парня. – Гигантские чудовищные крысы-мутанты поселились в моем доме. Я боюсь, что, как-нибудь, когда я буду в школе, они перегрызут глотку моему спящему вечным сном брату.

Это была обычная проверка. Если он скажет: «Извините, мне надо идти», - значит, он не наш клиент.

- Я могу поймать твоих крыс! – радостно оскалившись, отозвался Джейкоб.

Больной безумный мир.

- Но они сожрут тебя, там целое семейство, - пожимая плечами, сказала Джейн, и я почувствовала, что мне лучше уйти. – Папа, мама, две девочки и три мальчика, и они никогда не расстаются – всегда и везде ходят вместе.

Лицо Джейкоба засияло, и он хлопнул в ладоши.

- Я знаю это крысиное семейство! – воскликнул он.

Эдвард Эмо-Леденец, наконец, дошел до полок с чистящими средствами и начал выбирать стиральный порошок.

Джейкоб обернулся на него через плечо, сунул руки в карманы и громко произнес:

- Мы решим твою проблему, Джейн. Что я усвоил с детства, так это то, что когда крысиное семейство заводится на твоей территории, начинает все жрать и гадить кругом, надо…

- Не знаете - этот порошок хорошо отстирывает въевшиеся пятна? – перебил его Эдвард, показывая нам пачку Тайда.

- Кровавые пятна? – спросила я.

- Насколько въевшиеся? – поинтересовался Джейкоб.

- Моему брату как-то раз разбили нос, и кровь залила всю футболку, - сказала Джейн. – Так он не стал ее стирать, и теперь это его самая любимая футболка. Все кругом ему завидуют.

Эдвард натянуто улыбнулся и посмотрел на нас поверх темных очков.

- Спасибо, ребята, - и, сказав так, он двинулся к кассе.

Я подумала о том, что с нами, - со мной и Джейн, - наверно, не очень просто иметь дело, даже если ты Дракулито.

- Мы ему не нравимся, - точно подметила Джейн.

- В нас много холестерина, - ответила я.

- Эдвард Руки-Из-Жопы, - процедил ему вслед Джейкоб. – Извините. Терпеть его не могу.

- Похож на парня, который голышом нырял среди зимы в прорубь, чтобы как следует продрогнуть, когда надо было всего лишь съесть новую ментоловую жвачку, - сказала я.

- Или на ту куриную грудку, которую мать оставила нам с Трентом в морозилке, когда полгода тому назад уезжала в путешествие по стране, - пожала плечами Джейн.

Джейкоб покачал головой, глядя в спину Эдварда с отвращением и страхом.

Больной безумный мир.

~*~

Tbc.

2

[5.Новые лица]

В день, когда Джейкоб должен был уничтожать крыс Джейн, в нашем городе появились Новые Лица.

- Те еще лица, - сказала я.

- А что не так? – спросила Джейн, пристально вглядываясь.

- Тот, что поменьше – вылитая Квин.

Джейн сощурилась, подалась вперед, чтобы лучше рассмотреть Новые Лица, и, в задумчивости, оперлась на свою пиццу.

- Бл*дь, - сказала она.

- Я же говорю. Не успели они появиться, как начались неприятности.

Вот они – изъяны жизни в маленьком провинциальном городишке.

На самом деле, нам стоило быть осторожнее. Мы ушли с урока О’Нила, а это было то самое удачное время, когда наш город словно вымирает – на улицах, в кофейнях, пиццериях и даже Интернет-кафе нет ни души. Мое любимое время дня. Мы думали, что посидим с Джейн вдвоем, но не просидели и десяти минут, как появились Новые Лица.

Мы заказали Джейн новую пиццу и вернулись к обеду в полном молчании.

- Они уходят, - сказала Джейн, которая сидела к ним лицом.

- Это слишком хорошо, чтобы быть правдой.

Я прикрыла глаза и медленно сосчитала до трех.

- Привет!

Я открыла глаза.

- Извините за беспокойство. Мы журналисты, пишем для журнала «Калейдоскоп». Вы не могли бы уделить нам пару минут? – сказал огромный.

- Мы угостим вас пиццей, - сказал мелкий.

- Медленно положите ее на пол и отойдите к стене, - процедила я.

- Не понял.

- Это значит, да, - обреченно прошептала Джейн.

Мы ведь с самого начала знали, что так и будет, - просто не признавались себе. Спокойно и молча пожрать в одиночестве, свалив с уроков – слишком хорошо для этого больного безумного мира. В разгаре обязательно должна появиться банда извращенцев, еретиков, уфологов, трейдеров, танцовщиков стриптиза или все вместе, как это случилось с нами.

[6.Странное]

- Странного?! – Джейн прыснула. – В последнее время?!

- Лучше спросите, случается ли здесь что-нибудь нормальное хоть когда-нибудь, - сказала я.

Новые Лица просияли.

- Вот, например, в моем доме завелись огромные крысы-мутанты…

- …но тут вы опоздали – парень из резервации вызвался вырвать им их маленькие желчные пузырики. Страннее то, что моя сестра уже четвертый день не ходит на свидания, потому что бледный Дракула ее не приглашает. А ведь она уже четыре раза уронила на его голову мои книги. Для чистоты эксперимента, мне пришлось снова взять в библиотеке «Тошноту» Сартра, но даже это не помогло. Мой мозг готов разорваться на куски от странности.

Это была охренительно длинная речь для меня. Даже не знаю, почему – мне захотелось вывалить этим парням, которых я даже не знала, как зовут, все подробности моего больного безумного мира. Может, потому что громила выглядел беззащитно, мелкий был так поразительно похож на мужикоподобную Квин, а я столько раз думала, что мир был бы лучше, если бы Квин была мальчиком, - я не знаю. Они растопили мое сердце.

- А сонливость Трента считается чем-то паранормальным? – спросила меня Джейн.

- Тебе же сказали – В ПОСЛЕДНЕЕ ВРЕМЯ, - ответила я, и Джейн скисла.

Улыбки на Новых Лицах, кажется, слегка застыли.

КТО ВЫРВАЛ ИЗ БРЮШНОЙ ПОЛОСТИ И НАБИЛ ОРЕХАМИ ТОЛСТУЮ КИШКУ ГЛАВНОГО СПЕЦИАЛИСТА ОТДЕЛА КОНТРОЛЯ ЗА ЗЕЛЕНЫМИ НАСАЖДЕНИЯМИ УПРАВЛЕНИЯ БЛАГОУСТРОЙСТВА НАШЕГО ГОРОДА?! ИСТОРИИ О РАЗОРВАННЫХ НА КУСКИ И НАБИТЫХ ОРЕХАМИ В ПРОГРАММЕ «БОЛЬНОЙ. БЕЗУМНЫЙ. МИР».

- Что это, Дин? – тихо спросил громила.

- Я думаю, это призраки белок, которых моя сестра и подобные ей кормили с руки тик-таком в национальном парке Лондейла.

- Местное шоу «Больной безумный мир», повтор вчерашнего выпуска, - пояснила Джейн. – Но их расследования жизни под ободком унитаза гораздо интереснее.

- Не сомневаюсь, - еле слышно произнес мелкий.

ДВАДЦАТЬ ЧЕТЫРЕ ГОДА НАЗАД ПОДОБНОЕ УЖЕ СЛУЧАЛОСЬ! В ТОТ РАЗ ВЫПУЩЕННЫЕ ИЗ БРЮШНОЙ ПОЛОСТИ ЖЕРТВЫ ОРГАНЫ БЫЛИ НАПОЛНЕНЫ…

- Завтра у них марафон, - сказала Джейн. – Все выпуски за последние полгода.

Громила смотрел в телевизор, рассеянно ощупывая одной рукой поверхность стола.

- Эй.

ЭТОТ СЛУЧАЙ УЖЕ ВОСЕМНАДЦАТЫЙ ЗА ПОСЛЕДНИЕ…

- Эй!

Громила вздрогнул, но не отвел глаз от экрана.

- Пошли отсюда, - сказала Джейн.

Мелкий сделал рукой какой-то успокаивающий жест, призывая нас остаться.

- Пошли, пошли скорее, - прошептала Джейн.

- У тебя нет бумажки и ручки? – спросил мелкий.

- Минутку, - ответила я, и начала рыться в сумке.

- Бежим! – пискнула Джейн.

Симпатия к Новым Лицам сгубила меня. Так всегда. Поэтому я стараюсь ни к кому и никогда не проникаться симпатией.

- Сейчас, найду ручку, и я…

- Поздно.

Мне следовало послушать ее. Мне вообще следует больше слушать людей, особенно если это люди, вроде Джейн.

- Привет, меня зовут Квин.

Я, наверно, побледнела.

- Стреляйте, парни, - сказала я вздрогнувшим от неожиданности Новым Лицам, и едва узнала свой севший голос – он звучал, как из задницы. – Не дайте ей открыть свой рот.

Но Новые Лица были по-прежнему доверчиво обращены к Квин.

- Сначала, я увидела Дарью и подумала: «Если она узнает, что я прогуливаю уроки, то будет шантажировать меня и требовать двадцать баксов каждый день, иначе расскажет матери, а моя успеваемость не позволяет мне рассчитывать, что меня станут отпускать на свидания, не смотря на прогулы, а где бедной девушке, то есть мне, взять такие огромные деньги? Я ведь даже не могу позволить себе мороженное, пирожное или бокал красного вина, что уж говорить о походе в хороший ресторан, кино, торговый центр, или поездку в прекрасной машине или что-нибудь в этом духе». А потом я увидела вас, и поняла, что вы новенькие в нашем городе и вам, конечно, понадобится чья-то помощь, и вы, не зная, конечно, к кому обратиться, обратились к Дарье по чистой случайности, и я подумала: «Какого черта?». Поэтому я здесь.

Громила моргнул.

- Почему, говоришь, ты здесь? – переспросил он.

- Чтобы спасти вас! – воскликнула Квин.

Мелкий оскалился.

- Меня зовут Квин Моргендорфер, и мои глаза, подведенные лиловым, обещают все блага мира всем подряд.

Громила перевел взгляд на мелкого и нахмурился, внимательно наблюдая за его реакцией.

- Ой! – воскликнула Квин, прикрыв рот ладошкой, и тоненько захихикала. – Кажется, я сказала что-то неприличное.

Кажется, мне нужна еще одна пицца.

tbc

Отредактировано Доджесс (2009-05-09 16:12:50)

3

[7. Твое вечернее пиво, Трент]

К вечеру погода испортилась. Дождя не было, но было пасмурно, прохладно, и вообще история моей жизни.

Мы с Джейн сидели на ограде, призванной обезопасить газоны возле торгового центра, и смотрели кукольный спектакль, который кто-то чудовищный, скрывающийся внутри маленькой деревянной будки, разыгрывал перед местными детьми. Играла чудовищная музыкальная запись, чудовищный смех звенел в ушах, одна кукла пыталась разорвать другую на куски.

Джейн смотрела, не отрываясь и прикрывая рот побелевшими пальцами. Это как когда нечто так ужасно, что ты не можешь отвести взгляд и смотришь своему страху прямо в его зловонную пасть.

На самом деле, мы просто шли мимо и вдруг, увидев кукольный спектакль из ночного кошмара, Джейн сказала: «Рано или поздно, ребята из «Калейдоскопа» появятся здесь. Ничего ужаснее и паранормальней они в нашем городе не найдут». Мы сели и стали ждать, борясь с тошнотой и утирая холодный пот салфетками из пиццерии.

Вся эта затея не нравилась мне с самого начала, но вот что случается, когда уроки готовы, есть время погулять, а твоя подруга интересуется парнями. Я бы с куда большим удовольствием оказалась сейчас у Джейн дома. Может быть, мне даже удалось бы подать Тренту его вечернее пиво со словами: «Твое вечернее пиво, Трент», а вместо этого я все это время проторчала здесь, поджидая Мечту Всех Подростков или даже две меты.

- Привет.

Джейн опустила руку и повернулась к этому парню, который из них двоих был помельче.

- Где ты был?! – рявкнула она. – Мы уже два часа смотрим это чудовищное шоу, поджидая тебя! Меня сейчас вырвет от ужаса.

- Значит, я вовремя, - оскалился он.

- Волшебник появляется не поздно и не рано, Фродо Бэггинс, а когда пожелает, - сказала я, сожалея о том дне, когда Мечта Подростков появился на свет. – Или типа того.

- Что?

Парень был не в форме – примерно так выглядит Трент, когда его будят среди дня и выставляют на порог дома, залитый ярким солнцем.

- Забудь.

Джейн с трудом отвела взгляд от Мечты Подростков и заставила себя взглянуть на кукольное представление.

- Охренительно, - выдохнула она. - Ты не прихватила с собой осиновый кол? – спросила меня Джейн.

- Я даже не надела свой костюм из латекса, - ответила я, трясясь от холода или, может, от страха. – Я ведь думала, что ночь еще не наступила, и мы просто школьницы, которые прогуливаются мимо Торгового центра.

Мечта Подростков звонко засмеялся.

- Круто! Костюм из латекса! – воскликнул он, и до меня донеслись нотки Кевина Томпсона, зазвучавшие в его голосе. Однако, увидев, что никто, кроме него, не смеется, он сменил тему, и тут явно отыграл у Кевина пару очков. - Я предлагаю уйти отсюда, пойти в пиццерию, съесть пиццу и послушать, что скажет вам мой напарник, - сказал он с видимым усилием. – Мы решили, что речь будет произносить он, а то вы… - добавил он, и улыбнулся тому месту, где у Джейн когда-нибудь, может быть, будут сиськи, - неправильно поймете.

- А тебя он подослал, потому что тебе лучше удается слово «пиццерия»? – спросила я.

- Что?

- Забудь.

У нас явно наклевывались проблемы в общении с этими людьми.

- Я согласна, - сказала Джейн.

- А я нет, - сказала я.

Так или иначе, я должна была сказать что-то еще, поэтому я добавила:

- Я посижу здесь и подожду, пока меня все-таки вырвет от ужаса.

Мелкий снова натянул свой оскал.

- Это моя девочка! – воскликнул он и хлопнул меня по плечу так, словно мы старые друзья.

- А ты кто? – спросила я, мрачнее обычного, скосив взгляд на его руку.

- Я – бесплатная пицца, которую ты только что профукала! – радостно сказал он, продолжая остервенело бить меня по плечу. – Пошли, Джейн.

Глядя, как они уходят прочь, я слушала «Magic moments» и мерзкие смешки зловещих кукол и думала о том, что вряд ли мне сегодня удастся попасть к Джейн домой и произнести свою прекрасную заготовленную фразу: «Твое вечернее пиво, Трент».

[8. Твое пиво, Трент]

Я резко выросла в собственных глазах после того, как досмотрела шоу до конца, ни разу не сблевав.

Вечером, когда я уже начала беспокоиться, мне позвонила Джейн.

- Марафон «Больного безумного мира», помнишь? Но мы будем не одни, у Дина и Сэма в номере сломался ящик.

- У Дина и Сэма? – переспросила я.

- Это их имена, - пояснила Джейн.

- Напоминает моих бывших одноклассников, - сказала я. Бивис&Батхед тоже как-то раз попросились ко мне домой посмотреть клипы по Мtv.

День марафона «Больного безумного мира» - это как Хэллоуин. Джейкоб из резервации будет рвать зубами крыс-мутантов в подвале Джейн, мы с двумя охотниками за привидениями будем смотреть марафон сутки напролет, и только я, в костюме из латекса, иногда буду подходить к спящему Тренту с подносом и говорить: «Твое вечернее пиво, Трент».
«Твое сумеречное пиво, Трент».
«Твое новолунное пиво, Трент».
«Твое затменное пиво, Трент».
«Твое рассветное пиво, Трент».

Или типа того, чтобы он тоже участвовал в истории.

- Я приду.

tbc

4

[9. Я не впечатлительная]

Сегодня нам всем несказанно повезло – дверь открывал Трент.

- Привет, Дарья.

- Привет, Трент.

- Выглядишь как всегда.

- Спасибо.

- Не хотел говорить банальностей.

- Я это ценю.

- Джейн у себя.

- Я знаю.

Я направилась прямо в комнату Джейн, не оглядываясь. Мне даже не верится, что все это происходит именно со мной. Это ужасно. Никогда не думала, что любовь – это такой скучный, тяжелый, монотонный труд, которым ты занят ежедневно. Я думала, она должна окрылять и все такое.

Потом пришел Джейкоб, и мы с Джейн вышли из комнаты, чтобы встретить его раньше, чем это сделает Трент.

Но Трент сегодня был проворен.

- Позапозавчера он употребил наркотики, - сказала Джейн. – Абсент с травой или что-то в этом духе. Попал под дурное влияние своей группы. Но вот досада – на него не действует, как на Обеликса. Может, он упал в зелье из травы, когда был младенцем?

Это была не совсем правда – последние восемь часов Трент не спал. Вообще. Значит, токсичные вещества подорвали его нервную систему так или иначе. Мне страшно за него. Больной безумный мир, если созерцать его хотя бы двенадцать часов без сна и отдыха, может ему не понравиться.

- Ты мой новый гитарист?

- Нет, я знакомый Джейн и…

- Как это противоречит тому, что я сказал?

- Никак, я просто…

- Так ты не гитарист?

Мы все еще стояли наверху, возле перил. Джейн вцепилась мне в локоть.

- Кажется, на него начинает действовать позапозавчерашняя трава! – громким шепотом произнесла она.

О, нет. Похоже, что так. Трент слишком медленный, но момент, когда накрывает с головой, наступает рано или поздно даже для него.

Джейкоб в дверном проеме шумно вдохнул и выдохнул.

- Нет, сэр, - четко произнес он. – Я не гитарист, я совершенно в этом уверен. Я маленький вождь краснокожих, и меня пригласила Джейн, потому что я могу поймать крыс икс, которые поселились в вашем подвале.

Трент замер на пару секунд, после чего отошел в сторону.

- Джейн у себя.

- У себя – это где?

- Там. Ступай, - голос Трента зазвучал торжественно и загадочно.

Джейн тряхнула головой, словно отгоняя какое-то наваждение, и быстро сбежала вниз до середины лестницы.

- Я здесь, - сказала она. – Прости, мой брат…

- Выкурил трубку мира, я знаю, - Джейкоб улыбнулся так, словно вот-вот откусит Джейн голову. – Я знаю, как это бывает.

Джейн засмеялась. От этого смеха у меня едва не подогнулись колени, потому что это звучало так, словно Квин Моргендорфер смеется над шуткой Брэда Питта.

- Ну, где тут подвал?

- Не хочешь после подвала остаться с нами и посмотреть марафон «Больного безумного мира»?

О, конечно, он хотел – ведь у него в резервации сломался ящик. Это немудрено, учитывая, что этому ящику тридцать семь лет, и он достался им от бледнолицых, которые выкинули его на помойку. И опять этот заливистый смех.

Дин и Сэм пришли последними.

- Вы мои новые гитаристы?

- А ты музыкант?!

- Значит, вы пришли ловить крыс?

- Не угадал.

- Значит, вы пришли смотреть ящик.

Трент развернулся и пошел в свою комнату так, что Дин и Сэм решили, что их приглашают пройти туда, чтобы смотреть ящик. Джейн развлекала Джейкоба перед ловлей крыс. Я ни во что не могла вмешаться, поэтому я просто спустилась вниз и последовала за ними, как тень.

Трент вошел в комнату, сел возле музыкального центра и занялся своим самым любимым делом – переключением переключателя.

- Цифровой, - щелчок. – Аналоговый, - щелчок. – Цифровой, - щелчок. – Аналоговый.

- Эй, а где ящик? – спросил Дин.

- Цифровой, - щелчок. – Аналоговый, - щелчок. – Цифровой, - щелчок. – Чувствуешь разницу?

- Не чувствую, - ответил Дин.

- И ты еще называешь себя музыкантом? – замогильным голосом спросил Трент.

Где-то я это уже слышала.

- Цифровой, - щелчок. – Аналоговый, - щелчок.

Я схожу с ума.

- Эй! – крикнул Дин, и Трент поднял на него глаза. – Слушай меня внимательно, укурок, - продолжил Дин. – Дин, - сказал Дин, ткнув себя пальцем в грудь. - Сэм, - сказал он, ткнув пальцем в грудь Сэма. – Дин, - своя грудь. – Сэм, - грудь Сэма.

Трент мягко улыбнулся.

- Цифровой, - грудь Дина. – Аналоговый? - грудь Сэма.

Дин оскалился.

- Точно, чувак, ты все правильно понял, - радостно сказал он. – А теперь, будь добр, проводи нас к ящику. Мы пришли смотреть «Больной безумный мир».

- Я провожу вас к ящику, - сказала я и вздрогнула всем телом от звука собственного голоса.

- Это Дарья, школьницы круче нее я не знаю, - сказал Трент.

Мы шли прочь из комнаты Трента в комнату Джейн – я впереди, а Дин и Сэм следом, - и у меня было стойкое ощущение, что я сплю и вижу страшный сон. Что это не Трент, а я выкурила позапозавчера трубку мира. Абсолютно больной безумный мир.

- Этому парню пора завязывать с наркотой, - сказал Дин.

- Но он только начал…, - ответила я.

- Если это твой парень, ты должна на него повлиять – он себя погубит, - проникновенно сказал Сэм.

- А если нет, то я тебе сочувствую, - Дин издал истерический смешок и получил от Сэма удар в бок.

Наверно, после таких вечеринок впечатлительные подростки кончают жизнь самоубийством. Но я ведь не впечатлительная.

[10. На кухне]

В одиннадцать вечера был объявлен получасовой перерыв на экстренный выпуск новостей. Джейкоб все еще бесновался в подвале, а я решила сходить на кухню за чипсами, и вот что я услышала.

- …а сейчас я хочу только одного, - голос Дина. – Получить немного хлеба насущного с насущным маслом и можно насущного сыра или насущного бекона сверху!

- Понятно, - незнакомый и грустный мужской голос.

- И насущного пива.

- Ясно.

- Ты бы хоть телик включил, - сказал голос Дина. – Потому что воистину чудные дела…

- Я, пожалуй, пойду, - перебил его грустный голос.

Пауза.

- А мне это нравится, - голос Дина. – Хорошо бы ты, прежде чем появиться и напугать меня до усрачки, говорил: «Я, пожалуй, зайду».

- Ты все равно испугаешься, - ответил грустный голос.

Пауза.

- А крыльями похлопать?

Пауза.

- На посадку они работают бесшумно, - грустный мужской голос.

- Поверить не могу, что мы всерьез обсуждаем этот вопрос! – голос Дина.

- Я тоже.

Мимо меня медленно, как во сне, прошел Трент и направился прямо к холодильнику. Дин сложил губы трубочкой и, кажется, в некотором напряжении переводил взгляд со своего грустного собеседника в светлом пальто на Трента.

Заметив, что его пристально рассматривают, Трент прищурился.

- Я вижу тебя, Парень В Светлом Пальто, - сказал Трент грустному незнакомцу и отпил из бутылки с молоком.

- Я тебя тоже, - грустно ответил незнакомец.

Не знаю, почему, но меня охватило жгучее желание войти в кухню, подойти к Тренту, молча взять его за руку и вывести вон.

Я сделала шаг.

Грустный незнакомец перевел на меня взгляд, и я остановилась как вкопанная. У меня пересохло по рту.

- Мне бы пачку насущных чипсов, - не своим, хриплым голосом произнесла я, с трудом ворочая языком.

- Твой желудок – часть бесценного сосуда, - сказал незнакомец, и мне послышался легкий укор в его голосе.

Меня прошиб холодный пот.

- Вы правы, - прохрипела я. – Перебьюсь.

И тогда я подошла к Тренту, взяла его за руку и молча вывела вон. Дверь за нами закрылась сама собой, и оттуда больше не доносилось никаких звуков, а я все еще держала его за руку и не могла разжать пальцы.

- Зря я это позапозавчера, - сказал Трент.

- Все стало каким-то странным, - ответила я.

Трент отхлебнул молока из бутылки, которую все еще держал в свободной руке, и крепче стиснул мои пальцы.

tbc

5

От автора: вот и финалка. Уверена, большинство будет разочаровано. Но таков творческий процесс - точку надо было поставить сегодня, и именно так)) в смысле, никак.

[11. Тело]

В полтретьего ночи, во время следующего перерыва, мы сидели в комнате Джейн все вместе: я, Джейн, Трент, Джейкоб, Дин и Сэм. Не хватало только друга Дина из Оклахомы, который подыскивал новое жилье в наших краях.

- Мне показалось, речь шла о теле, - сказала я.

- Подслушивать нехорошо, - ответил Дин.

Верно. Час назад я слышала, как они спорили с Сэмом.

- А я тут причем? – возмущался Сэм. – У меня только одно тело – мое. Я не заведую анатомическим театром!

Но кому какое дело? На часах полтретьего ночи, марафон «Больного безумного мира» в самом разгаре.

- Можно предложить ему тело Трента, - сказала Джейн, открывая новую пачку чипсов.

- А меня куда? – спросил Трент.

- А зачем тебе тело? Ты все время спишь!

- А чем я буду спать без тела?

- Значит, ты не будешь спать.

- Или твое тело будет спать без тебя.

- На самом деле, ты никуда не денешься из своего тела.

- А где я буду?

- Ты будешь спокойно спать в своем теле. Но твое тело спать не будет, потому что мой друг из Оклахомы вряд ли спит хоть когда-нибудь.

- Но я-то буду спать?

- Наверняка.

- Тогда я согласен.

- Не шути так, - сказал Дин, серьезно глядя Тренту в лицо.

Повисла неловкая пауза.

Джейн предложила мне чипсов, но они не лезли мне в горло после того, как друг Дина из Оклахомы сказал, что это вредно для желудка.

- Джейн, можно мне забрать трупы крыс домой? – спросил Джейкоб после минуты тягостного молчания.

- О, сделай милость, - ответила Джейн.

- Меня волнует другой вопрос, - продолжил Джейкоб. – Как жить одному в двух телах?

- Ты хочешь спросить, как спать одновременно в двух местах?

- Не совсем.

- Ты хочешь бодрствовать одновременно в двух телах? Это же вдвое ужасней, чем бодрствовать в одном теле.

- Зато спать в двух телах одновременно тоже вдвое круче, чем в одном.

- Согласен.

- Вот бы жрать бургеры в два тела одновременно.

- Тебе лишь бы жрать.

- Люди, я не об этом. Что если твое тело имеет две формы, которые последовательно сменяют друг друга?

В разговоре возникла пауза.

- Тогда я вообще не вижу никакой проблемы.

- Я тоже.

Мы снова замолчали.

- А где твой друг из Оклахомы? – спросила я.

- Разнашивает тело, - процедил Сэм, глядя на Дина исподлобья.

Я скажу так: это была самая лучшая вечеринка за всю мою жизнь, в самой лучшей компании. Без всякого сарказма.

[12. Последняя никакая сцена]

Друг Дина из Оклахомы вернулся в четыре часа утра, когда нам уже казалось, что мы сидим внутри телевизора, а кругом помехи.

- Я отчаялся застать тебя одного, - грустно сказал он, прислонившись к дверному косяку.

- Зайди, - сказал Дин, развалившись в кресле. – Присядь.

Грустный друг тихо вздохнул, вошел внутрь, присел на край дивана рядом со мной и стал смотреть в телевизор.

А, БЛ*ДЬ, ЧАК!

По экрану в режиме любительской съемки метались какие-то люди, спасающиеся от мутировавших монстров из-под ободка унитаза. Они выросли до размеров двухмесячного щенка немецкой овчарки и походили на больших жаб. Динамика борьбы, происходящей на экране, давно от меня ускользнула, потому что монстры прилипали к полу своими ядовитыми присосками, не могли отодрать себя от кафеля при всем желании и испускали вонь, которая чувствовалась даже через телевизор.

УБЕРИ КАМЕРУ, НАХ*Й!

- Все в порядке? – тихо спросила я.

- Дин знает ответ, - грустно ответил друг из Оклахомы.

СНИМИ ЕГО! СНИМИ ЕГО РОЖУ! ПЕРВЫЙ РАЗ ВИЖУ ТАКОЕ ДЕРЬМО!

Дин вздохнул и запрокинул голову назад.

- Прости меня, - сказал он, закрыв глаза. – Я сейчас не готов обсуждать планы спасения мира. Марафон закончится, я посплю немного, съем утренний гамбургер, и мы поговорим, ладно?

ДА Я НА УНИТАЗ В ЖИЗНИ БОЛЬШЕ НЕ СЯДУ!

- Слушай, я знаю, я виноват, - продолжил Дин, закрыв лицо руками. – Я ленивый, наглый, мерзкий тип, и все такое.

Друг из Оклахомы склонил голову на бок и нахмурился.

- Ты заболел? – спросил он.

Повисло долгое молчание.

ЧАК, ДРУЖИЩЕ! О, НЕТ!

- Я ужасно хочу спать.

Друг из Оклахомы перевел взгляд обратно на экран, хотя сомневаюсь, что он смотрел репортаж – кстати, один из лучших в «Больном безумном мире».

- Поддерживаю, чувак, - сказал Трент.

- Кто бы сомневался! – воскликнула Джейн.

Друг из Оклахомы сцепил пальцы в замок.

- Я стану здесь смотреть телевизор вместе с этими детьми так, словно мне больше нечего делать или словно у нас в запасе много времени, и буду терпеливо ждать, пока ты, Дин Винчестер, соблаговолишь выслушать меня.

Дин подложил под голову подушку.

- Отлично, чувак, спасибо, - устраиваясь поудобнее, сказал он.

Друг из Оклахомы нахмурил брови.

- Это был сарказм, - тихо сказал он.

Но Дин спал. Кажется, он с самого начала выглядел каким-то уставшим – он даже не конспектировал репортажи, как это делал Сэм. У него были покрасневшие глаза, какие бывают у Трента после пяти часов непрерывного бодрствования.

И еще мне бы хотелось по достоинству оценить сарказм друга из Оклахомы, но, кажется, я не могла.

- Скажи, Дарья, - произнес Сэм. – Что ты будешь делать, когда мир рухнет?

Это была вторая фраза Сэма за сегодняшний вечер. Первая была: «Очешуеть, я со Стэнфорда столько не конспектировал, с занятий по сладкой, сытой, спокойной, очешуительной жизни».

- Очевидно, рухну вместе с ним, - ответила я, пожав плечами.

- А где ты будешь?

Казалось, если плеснуть Сэму в лицо холодным пивом, оно зашипит и испарится.

- Очевидно, здесь.

Сэм мрачно усмехнулся, глядя прямо перед собой на ковер.

- Поэтому нам с Дином и приходится вдвоем отдуваться за всех, - фыркнул он.

Я расслышала его с трудом, потому что его речь потонула в воплях телевизора, но он явно был не в духе.

ЧТО ЭТО ЗА МИР, ГДЕ ПОД ОБОДКОМ УНИТАЗА ЖИВУТ ТАКИЕ УЖАСНЫЕ ТВАРИ?! БОЛЬНОЙ. БЕЗУМНЫЙ. МИР.

Трудно в это поверить, но до самого рассвета, - а светает у нас поздно, около шести утра, - мы больше не сказали друг другу ни слова. Дин и Трент были в отключке. Сэм жевал язык и метал молнии из глаз. Джейкоб смотрел на Джейн, а Джейн – на Джейкоба.

Когда пришло время расставаться, я сказала другу из Оклахомы:

- Обещаю, что не буду злоупотреблять чипсами.

Он сочувственно поджал губы и покивал.

А потом я не знаю. Они все ушли из дома Джейн, кроме Трента, конечно. Из них всех только Джейкоб обещал позвонить, и то не мне, а Джейн, и только когда в их резервации починят единственную телефонную будку, потому что кто-то в прошлое полнолуние разорвал ее железный корпус на куски, а так же расх*ярил аппарат.

Мне скоро в колледж. По идее, ощущение, что я лежу под кайфом в психбольнице или делю кров с микробами из-под ободка унитаза должно испариться вместе с чувствами к Тренту. В журнале о семейной жизни "Здоровая семья" пишут, что всякие такие мысли от сексуальных подростковых комплексов. У меня еще ничего – у некоторых случается страх конца света и паранормальная паранойя из обрывков телевизионных передач, мультиков о Чипе и Дейле и фильмов с Томом Крузом. В «Больном безумном мире» писали, что это от жучков-сапрофитов, которые пагубно влияют на состояние нервной системы, забивают нос козявками и живут в наших матрасах.

Ну, вот, опять это дерьмо. Я еще ничего не начала, но меня преследует чувство, что я уже что-то упустила, и что мне нужно снять с носа и хорошенько протереть свои очки.

Если бы я хоть раз оказалась под ободком унитаза, я бы никому не помешала. Я бы сидела тихо-тихо и дивилась на чудеса, которые там реальны, осязаемы и неизбежны, как Бритни Тейлор и Эдвард Каллен.

Лучше бы я спокойно спала в эту ночь в своей постели. Правда.

The end.


Вы здесь » PIRATES OF THE CARIBBEAN: русские файлы » Ориджиналы » "Под ободком унитаза", Дарья/Сумерки